Читаем Круг второй (СИ) полностью

Ролс рывком дернулся и клюнув всем массивным телом остановился около моих ног. Водила профи, че там! Придерживаю вопящую и выворачивающуюся Эрну и открыв дверь запихиваю взбешенную тигрицу в салон. И опять пошли в дело когти. Хватаю ее за руки и прижимаю телом к сиденью. Ору.

— Гони!!

— Куда?!

— Подальше! Гони из города на запад! Там родник есть!

— Аа?! Понятно!

Водила проникся моими планами и топнул на педаль.

Летим по ночному Биллингсу и пока ехали Эрна выпала из бешенства и заревела навзрыд. Уткнулась в меня и ревет проливая потоками слез мою рубаху. Ну фигли. Прижал к себе и поднял трубку связи с водилой.

— Сэр. Поднимите стекло и через четверть мили поворот налево. И примерно через милю родник. Встаньте там.

— Ок.

Буркнул водила и бронебойное стекло поползло вверх отрезая нас от внешнего мира.

Приказ нейросети и началась долгая и бурная ночь. И через два с половиной часа Эрна повторила свой коронный номер. Заорала, выгнулась дугой и моментально уснула. Даже нейросеть пока что не разобралась в такой реакции тела на долгий секс простимулированный фабрикой фемтоботов. Да и бог с ней, с реакцией. Самое главное что проснется будущая мамочка вполне довольной жизнью и с расплавленным мозгом. Вот тогда я на нее порычу. Имею полное, хозяйское право. Пускай самка убоится своего самца. Биология — господа и дамы. И нихрена с ней не поделать. Все попытки идиотов и идиоток «освободить» женщин из под гнета мужчин, обречены на полный провал. Вопрос в СЕКСЕ. Да, да. Обещал, и я напишу, но позже. Пока не до биологии. Мне бы в роднике поплескаться да поспать хоть немного. Завтра…. ээээ, сегодня уже — дичайший по загрузке день а на часах уже почти три ночи. Нее. Бабы точно дадены мужикам только для одного — дабы жизнь медом не казалась.

Ноябрь. Монтана. Ночь. Родник. Раздевшись до гола я стою и как то ссу влезать в воду у которой температура три градуса плюс по Цельсию. Но на улице всего то плюс восемь и под любопытными взглядами охраны я закрыл глаза и прыгнул в чашу. Родник знатный. Мощный, сильный и народ наш монтанский давно выложил вокруг него чашу из горного камня. Усилием воли задержал вопль и нырнув до дна схватил родниковой грязи и какие то растения. Вынырнул выполз на берег и яростно растер грязь и траву по телу. Потом сорвал пучок пожухлой травы на берегу и применил его как мочалку. И опять нырк да с головой. Семь минут и я бегу к Ролсу, там на капоте мой шмот и пачка бумажных полотенец. Случайно завалялась в упакованной машине. Хех.

Вы бы видели глаза охраны и водилы и только один мужик снисходительно улыбнулся. Явно чел с боевым опытом и понимает ситуацию. Ну и гуд. Киваю на машину.

— Миссис Джобс уснула. Потихоньку вывезете ее на станцию, погрузите машины на платформы. Для госпожи пригласите горничную. Она поможет навести порядок с одеждой. Грузитесь на свой литерный поезд и езжайте с богом в Вирджинию.

Старший смены отрицательно качнул головой.

— Такое решение может принять только сама хозяйка.

Смачно выдаю факи с шитами и махнув рукой иду к своему Доджику. Бас сел нам на хвост и сейчас видимо спит в машине, в полуха и в полглаза разумеется.

Время спрессовалось до значений давления на материю в магнетаре. Половина седьмого утра. Понедельник. Девятое ноября 1959 года. Почта Биллингса.

Почта открылась в шесть утра но я для вежливости подождал до половины седьмого и сейчас набираю домашний номер мэра. Щелчок.

— Что за срань?! Даже утром покоя нет!

Рычит злобный мужик в трубку. Мысленно хмыкаю. Наш мэр такая душка! Хех.

— Ээ? Сильно извиняюсь мистер Найт. Это Стиф Норг и мое дело очень горячее.

— Шит! Норг! Ты меня с горшка снял.

— Кхм! Сэр. Глубочайшие извинения.

— К чертям все политесы! Слушаю.

— Нужно срочно собрать всех опекунов. Я понимаю что время нет, на железной дороге кризис и город лихорадит, но это важно.

— Мм?

Мэр завис. Потом задал вопрос.

— Для кого важно?

— Для всех. И для Биллигса как города в первую очередь.

— Шит!

Опять пауза.

— Окей Малыш. Я обзвоню всех и ровно в половине восьмого в моем кабинете.

— Спасибо сэр.

— Мы послушаем что ты скажешь. Потом спросим за вчерашнюю вечеринку. Готовь солидол, Малыш. Про мыло и веревку пока рано вспоминать, но вдуем мы тебе крепко. По самые гланды.

— Но полчаса у меня будет?

— И ни минутой больше. Ровно в восемь, в мой кабинет ворвутся десятки очень злых мужчин.

— Я понял сэр. И спасибо за сотрудничество.

— Не обосрись сынок. И это будет лучшим спасибо.

— До встречи мистер Найт.

— Черти бы вас всех драли.

Буркнул мэр и кинул трубку. Еще два звонка. И везде меня приветствовали матами и обещали кары небесные. Нормально. Это Монтана и мэр прав. Тут политесами не пахнет. Закончив с разговорами еду к мэрии.

— Красавес.

Буркнул я. Это я стою в приемной мэра и любуюсь на свою рожу с порванным пиджаком в огромном зеркале в полный рост. Дамы крепко меня подрали. Кошки драные — хех! Ладно. Сейчас отстреляюсь на комиссии и сразу в магазин. Надо хотя бы шмот новый прикупить.

Пока крутился у зеркала заметил пристальный взгляд секретаря мэра миссис Панеш. Разворачиваюсь.