Читаем Кровоточащее перо полностью

Он считал, что его многие не понимают: славянофилы принимают за «западника», а петербургские интеллектуалы видят в нем отъявленного старовера-мистика. «Это меня радует, — писал он А. С. Хомякову, — ибо служит признаком, что я именно на том узком пути, который один ведет к истине». И в утопии своей он искренне воодушевлен теми успехами науки и техники, которые так преобразили жизнь его далеких потомков — ив то же время грустит по прошлому, которое они, кажется, основательно забыли.

«Пародией на культуру без прошлого» называют роман Одоевского самые радикальные сторонники видеть в этой книге первую антиутопию русской литературы. Что ж, может быть, они и правы — что он еще задумывал, о чем собирался рассказать дальше, теперь остается только гадать...

Во всяком случае это несомненно первая в отечественной фантастической литературе утопия, которая заставляет задуматься о самой этой одновременно притягательной и пугающей деятельности: конструировании «идеального будущего».

И во что заставляет поверить, так это в искренность особого патриотизма Владимира Одоевского. Особого, потому что автор не считает нужным скрывать все, что вызывает у него раздражение и активное неприятие. Отвлекаясь от романа — разве не фантастически-современно звучит такая вот запись в дневнике писателя (речь шла о правительственном циркуляре 1855 года, в котором признавалось крайне критическое положение страны):

«Ложь, многословие и взятки — вот те три пиявицы, которые сосут Россию; взятки и воровство покрываются ложью, а ложь — многословием. Этот циркуляр есть истинный подвиг, больше полезный для государя и отечества, нежели взятие Карса... Можно отличить человека честного от негодяя по тому только, pro он или contra циркуляра. Правда, последние нападают на него лишь стороною, говоря, например: что скажут иностранцы?

Как будто иностранцы не знают всю суть лучше нашего! Напротив, признать опасность своего положения есть дело ума и силы. Кто знает свою рану, тот ее залечит, если можно, а белилами ее не замажешь».

Нет, все-таки до чего прозорливые люди пишут фантастику! И как очевидно им уготовано непонимание у власть предержащих...

Владимир Федорович Одоевский был из числа таких. Разве могло бы из-под его пера выйти простое восхваление, ура-патриотическая апология существующих в России порядков?

Ему принадлежит афоризм: «Перо пишет плохо, если в чернильницу не прибавить хотя бы несколько капель собственной крови». Кровоточит и его утопия, его гимн будущей России.