Читаем Кровные узы полностью

— Не нужно так бояться, — сказала Мара. Она положила руку Бену на плечо и направила его в гостиную. – Мы просто волновались за тебя, вот и все.

Она усадила его и бросила предупреждающий взгляд на Люка, когда тот вошел в комнату, чтобы попытаться успокоить сына. Бен все еще был облачен в черный комбинезон, который вообще–то был всего лишь стандартной униформой спецподразделений, но каким–то образом выглядел гораздо более зловещим. И уж точно он не выглядел как джедай.

«Ты пытался принудить его быть тем, кем он быть не хотел. Вот и результат».

— С тобой все в порядке, Бен?

— Да, папа.

— Я не сержусь на тебя, — Люк придвинул стул. – Однако мы видим, чем именно занимается Джейсен с некоторых пор, и не знаем, стоит ли тебе участвовать в этом.

Бен вместо ответа просто смотрел на него. Люк и раньше видел на лицах детей подобное выражение, но те дети были беженцами из зон боевых действий, которым пришлось повзрослеть намного быстрее, чем следует, и которые уже никогда не смогут снова стать беззаботными подростками.

— Я многому научился, — наконец, сказал Бен.

— Я не уверен, что это те вещи, которым следует учиться.

— Почему, сэр?

До этого Бен всегда звал его папой. И теперь это обращение. Люк засек реакцию Мары: легкое мысленное «вздрагивание», скрытое уместной сейчас ободряющей улыбкой.

— Насилие, Бен.

Подросток проглотил слюну. – Джедаи тоже прибегают к насилию. Мы летаем на истребителях, вооруженных лазерными пушками. Мы используем световые мечи. Скольких людей вы убили, когда сражались с Империей?

Люк застыл на месте. Он поймал себя на том, что готовящийся ответ начинается со слов: «Но все они были…»

Были какими? Злыми? Все обычные, не занимавшие особого положения люди? Большинство из них просто находились не на той стороне – солдаты, пилоты, люди в форме, даже гражданские: обычное пушечное мясо. Тогда было легко определить, кто был хорошим, а кто плохим. Но теперь он не мог, положа руку на сердце, сказать, что он действительно верит, что убивал только злых людей.

— Я убил многих, — сказал Люк.

— Как и я, — многозначительно добавила Мара. – А я была на другой стороне.

Бен выглядел так, словно взвешивал, что ответить. При этом его поза была такой же, как у Джейсена в подобных ситуациях – он смотрел в пол, опустив подбородок на грудь и поджав губы. – А я никого не убивал. Я знаю, что за последние несколько недель я спас несколько жизней. То, что выглядит плохим, не обязательно плохим является.

Люк не знал, что ответить. Его инстинкт и повторяющиеся сны о фигуре, скрытой капюшоном говорили об одном, но разум лицемерным шепотом твердил совершенно другое. Мара поймала его взгляд.

— Бен, что ты скажешь, если бы я попросил тебя поступить в академию на какой–то период? – спросил Люк.

— В ближайшее время?

Люк ожидал вспышку негодования, но не короткий вопрос. – Ну, скажем, да.

Бен снова опустил взгляд, повторив движение Джейсена. – Ты собираешься меня заставлять?

— Пожалуй, нет.

— Тогда я бы хотел еще немного поработать с Гвардией. Есть кое–что, что мне необходимо понять, прежде чем продолжить обучение. То, что я не смогу узнать ни в одной академии.

Чутье Силы Люка сказало ему, что Бен сказал то, что думал. Он не пытался выиграть время или увиливать.

— Ладно, сын, — сказал Люк. – Мы вернемся к этому попозже.

Они вместе поужинали – первый семейный ужин за довольно долгое время, и Люк ненадолго почти смог притвориться, что все в порядке. Затем Бен собрался уходить.

— Может, нам стоит проводить больше времени вместе, когда все успокоится? – спросил он.

А вот это как раз было предположение невинного ребенка – что ситуация разрешится сама собой через какой–то промежуток времени: дни, недели, месяцы. Люк сомневался в возможности этого.

— Было бы здорово, — все же ответил он.

Когда Бен ушел, Люк стал ждать реакции Мары. Это потребовало времени.

— А теперь посмотри мне в глаза и скажи, что Джейсен портит Бена, — сказала она.

— Я никогда не использовал этого слова.

— Ты также никогда не говорил ему, что хочешь, чтобы он держался подальше от Джейсена.

— Ладно, Бен повзрослел очень, очень быстро.

— И он рассуждает вполне здраво. Никто раньше не задавал этот вопрос.

— Какой?

— Вопрос о том, как мы можем оправдывать то, что мы оба творили в прошлом, Мне легко оглядываться в прошлое и осознавать, что я делала, но что насчет тебя? И Бен это понял.

— Твои взгляды стали на удивление терпимыми, — заметил Люк.

— Я теперь намного старше, и больше озабочена моей семьей, чем проблемами галактики, — заявила Мара. – Семейная жизнь любую девушку заставит остепениться.

Какую–то секунду Люк хотел поверить, что он принял слишком близко к сердцу ситуацию с Беном и Джейсеном, и что Мара была права. Правда лежит на поверхности, говорил его разум. Однако инстинкт говорил иное. Он говорил, что то, что он видел в своих снах, было более реальным, чем то, что он наблюдал наяву.

— Я рада, что мы смогли разрешить ситуацию без необходимости спорить и скандалить, — сказала Мара.