Alice Jenese

Кровные узы

Сегодня ночью Вите снова снился кошмар. Очередное пробуждение в четыре утра без возможности заснуть заново. Каждую ночь происходило одно и то же. Вита была дизайнером интерьера. Работа интересная, творческая, но в то же время, очень ответственная и тяжёлая. Ей критически необходим был хороший сон, но она не могла нормально спать. Вот уже несколько месяцев замутнённый от недосыпа рассудок отказывался нормально функционировать, даже наяву подкидывая картинки ужасного сновидения. Ни кофе, ни зеленый чай уже не помогали.

Встав с кровати, Вита направилась в ванную комнату. Умывшись, она посмотрела на себя в зеркало. Чёрные круги под глазами, бледная кожа. Некогда ярко— голубые глаза сейчас были потухшими и тусклыми. Девушка тяжело вздохнула; у неё закружилась голова и она упёрлась руками в раковину. Мозг в очередной раз решил подкинуть ужасную картинку. Боковым зрением Вита заметила девушку, которая протягивала к ней руку. Усталость сняло как рукой. Мгновенно обернувшись, Вита ничего не увидела. Самая обычная ванная комната: бежевый кафель и вымытая до блеска душевая кабинка. Вита закрыла глаза и досчитала до десяти. Открыв глаза и взглянув в зеркало, девушка еле подавила крик, ей даже пришлось закрыть рот руками. В отражении она снова увидела молодую девушку. Призрак протягивал свои руки к Вите, с синеватого тела ошмётками слезала кожа, рваное платье было насквозь пропитано кровью; чёрные, короткие волосы торчали во все стороны. У Виты по коже поползли мурашки, из глаз потекли слезы.

— Что вы хотите от меня? — Плача спросила девушка.

— Найди! Беги! — В голове у Виты прозвучал ледяной шёпот. — Помоги! Расскажи!

В ушах звенело, было ощущение того, что в нос и рот заливается тонна воды, дышать было трудно. В глазах плясали непонятные пятнышки, а затем наступила кромешная тьма.

— Вита, любимая, что с тобой? — Сквозь толщу воды до неё доносился голос её парня Ильи. — Эй— эй, ты в порядке?

— Нет, оставь меня, я спать хочу, — бормотала Вита. Глаза не хотели открываться, а тело отказывалось слушаться. Хотелось остаться в этой спасительной темноте и тишине.

— Давай, солнышко, вставай, — Илья поднял Виту, как пушинку, и отнёс её на кровать. — Может, скорую вызвать? У тебя жар и синяки по телу, как можно было так упасть?

Это было последнее, что она услышала. Ей на конец удалось заснуть. Обычно, люди не могут следить за временем во сне, ну у Виты сейчас всё было иначе. Ей казалось, что секунды складываются в минуты, минуты в часы, а часы закручивались в различные геометрические узоры, которые, свою очередь, выстраивались в различные инсталляции в стиле Эдварда Мунка. Затем, получившаяся картинка взорвалась мириадами мелких осколков, которые изрезали тело и лицо Виты, не оставляя ни единого живого места. Кровь медленно стекала с лица и рук девушки, капая на пол и образуя ярко-красную лужу под ногами. Кап-кап, эти звуки считались за секунды, затем за минуты, а далее всё повторялось по кругу, создавая всё новые и новые образы, пока, в конце концов, лужа крови не стала пяти метров в диаметре, из которой начали вылезать сначала руки, затем головы и туловища семи изуродованных женщин. На них была одета одежда разных веков. Одна рыжая, одна блондинка и пять брюнеток. Разглядеть черты их лиц не представлялось возможности, так как выглядели они так, будто кто-то хорошенько тренировал на них удар бейсбольной битой. Переломанные руки тянулись к Вите, которая была в живом круге из мертвецов. Эти призраки шептали что-то и подступали всё ближе и ближе. Когда мёртвые подходили к живой вплотную, они создавали вокруг неё что-то вроде щита, который одновременно и защищал, и пугал до дрожи в коленях. Пытаясь вырваться из зловонного круга смерти, Вита вертела головой в разные стороны. Не обнаружив ни единой лазейки, девушка задрала голову и уже не могла оторвать взгляда от разворачивающейся там картинки: книга… древняя книга… очень древняя книга. Кожаный переплёт забрызган бурыми пятнами; надпись на неизвестном языке светилась потусторонним светом и ещё — разорванные цепи, свисавшие с книги.

В тот момент, когда девушка увидела книгу, вокруг неё разразилась настоящая буря. Взявшийся из ниоткуда ветер сметал кровь из — под Витых ног, затем эта кровь будто бы впитывалась в книгу, вокруг которой уже летали желтоватые листки бумаги, надписи на которых было невозможно прочесть. В мгновение ока книга снова ставала цельной, цепи обвязывали её, а затем она будто бы самовоспламенялась.

Бушующий ветер, беснующееся пламя и удушающий дым обхватывали всё видимое пространство. Вите стало трудно дышать; она закрыла рот и нос рукой и упала на колени. Щит из призраков больше не защищал её. В голове, словно колокол, звенело одно слово: цейтнот. Пламя охватывало девушку со всех сторон, она медленно сгорала заживо и кричала от нестерпимой боли.