В отличии от стражника Валериан обошелся минимальным количеством одежды. Его оголенный торс блестел от капель пота, лицо было сосредоточенным и не выражало никаких эмоций. Он был вовсе на себя не похож, или я его совсем не знала. В нашу совместную ночь передо мной предстал любящий, нежный, ласковый мужчина. С горящими глазами, готовый положить мир к моим ногам. Но сейчас, я смотрела на отстраненного, мрачного короля. Валериан сделал пару выпадов и повалил соперника на пол, приставляя острие клинка к его горлу.
Позади меня захлопнулась дверь, и присутствующие мужчины обратили свое внимание на королеву. На мне было простое платье цвета спелой вишни с расшитыми черным кружевом рукавами и такой же черный корсет, подчеркивающий талию. После похода мое состояние уже пришло в норму. Кожа приобрела здоровый оттенок, на щеках вновь красовался румянец, и глаза отливали серебром на солнце. Но шрамы, они были ужасны. На плече, к счастью, был едва заметный, а вот на животе… Размером он был едва ли больше ладони, тонкий и ровный. Идеальный, сказал бы художник, но я считаю иначе. Шрам служил напоминанием о моей уязвимости. Грустным и совершенно непривлекательным напоминанием. Во время нашей близости, Валериан часто обращал на него внимание, смотрел и почти не касался меня в этой области. Я была уже не такой идеальной для него, но неужели такая мелочь могла его подтолкнуть отстраниться от меня. Мы стали реже видеться, он был не теплее осенней стужи, а сейчас еще и это соглашение на объединение границ. Все за моей спиной, в тайне.
В моей голове тут же всплыли отрывки диалога с владельцем городской таверны:
Она отстоит, я сделаю все, чтобы защитить свое королевство. Папа бы никогда такого не позволил. И я не позволю, даже если на моем пути стоит собственный жених.
Я сделала пару шагов вперед, направляясь в сторону Валериана. Его лицо вновь приобрело свойственную ему легкую улыбку, но я ощущала ее лишь маской. Его маской. Маской лжи и лицемерия. Оппонент Валериана поклонился нам и поспешил выйти из зала, хотя я считала его поступок опрометчивым, мало ли на что способна огненная королева в гневе.
— Любовь моя, все в порядке? Ты кажешься мне расстроенной, — мужчина поднял со скамьи полотенце и начал вытирать капли пота, стекающие по его лицу и груди.
— Мы будущие муж и жена, ведь так? — Приподняв бровь, поинтересовалась я.
Легкая волна недоумения на лице Валериана держалась всего секунду, как он произнес:
— Разумеется, — мужчина протянул мне руку, но я отпрянула.
Казалось, его прикосновение способно потушить пламя внутри меня, но я не могла позволить этому случиться. Взамен я протянула мужчине руку с договором, ожидая объяснения. Минута молчания, и озарявшая светом лицо Валериана улыбка исчезла, на ее место пришла маска отстраненности, негодования, озлобленности и даже ярости. Хотя я уже не уверена, какое из его состояний является маской, так умело он менял их в моем присутствии.
— Ты рылась в моих вещах, Элиза? — Прорычал мужчина.
— Что? Я нашла его в своем кабине, чисто случайно.
— Оно было в моих покоях. — Продолжал настаивать Валериан.
— Что это? И почему границы Ардента переходят в твое единоличное правление? Почему здесь стоит печать без моего ведома? — Вопросов накопилось слишком много, и сейчас я надеялась получить ответ на каждый из них.
— Это ради блага нашего союза. — Вторил он, как мантру, но мне было этого мало.
— Ради блага ты губишь мое королевство? Губишь работу моего отца, деда и других правителей Ардента?
— Мы поженимся, и почему бы нам не править под одним гербом?
— Под твоим? — Мужчина вытянулся и втянул воздух, казалось, этот разговор вывел не только меня.
— Значит, этот договор тебе передали в саду? — Произнесла я прежде, чем успела понять, что выдала свое шпионское расследование.
— Так ты еще и следишь?
— Это вышло случайно, — оправдывалась я, — но сейчас мы говорим не обо мне. Ты сделал тайный договор, без моего согласия поставил печать, чуть не уничтожил границы моего королевства, зачем?
— Это ради нас, Элиза! — Прокричал мужчина, отчего я ненароком вздрогнула.
— Этому не бывать, пока я жива. Я не позволю стирать Ардент с лица земли. Наше королевство будет жить под своим гербом, и помолвка на это никак не повлияет.