– Ареану посадили в темницу вскоре после тебя. Я быстро осознал свою ошибку, но, будучи королем, должен быть осторожен в подобных признаниях. Так что мне приходится работать с тем, что есть.

У Леофа закружилась голова.

Однажды во время пыток ему сказали, что весь состав исполнителей, представлявших его произведение, взяли под стражу и публично повесили и что Мери тихо отравили однажды ночью. Вот тогда-то он и сломался, признавшись, что практиковал «еретические колдовские ритуалы».

И вот он узнал, что они живы, и это его несказанно обрадовало. Однако им снова угрожала опасность.

– Вы очень умны, – сказал он королю. – Вы понимаете, что я не осмелюсь снова их потерять.

– А зачем? Твоя верность Мюриель бессмысленна. Она не имеет никакого права на власть, да и способностей управлять страной тоже. Несмотря на мои недостатки, я – лучшее из того, что может предложить династия Отважных. Ханза в любой момент объявит нам войну, если я не найду способа их умаслить. Чудовища угрожают нашим границам и появляются в городах. Что бы ты ни думал обо мне, Кротения должна объединиться под рукой одного правителя, и это буду я – или никто. Потому что других нет.

– И что вы хотите от меня?

– Исправить причиненный вред, естественно. Написать новое произведение, которое заставит всех присягнуть мне. Я даю тебе клавесин и книги по музыке, все, что нашлись в нашем королевстве. Мери и Ареана смогут тебе помогать, так что даже прискорбное состояние твоих рук не помешает работе. Разумеется, мне придется наблюдать за тобой более тщательно, чем это делал прайфек. А потом мы наймем музыкантов, которые исполнят твое творение.

– Прайфек перед всем миром заклеймил меня как еретика. Как же можно исполнять мои произведения?

– Ты станешь доказательством божественного прощения и заступничества, друг мой. В то время как прежде ты черпал вдохновение из мрака, теперь его подарит тебе свет.

– Но это же ложь, – сказал Леоф.

– Нет, политика, – сухо возразил Роберт.

Леоф слегка замешкался, прежде чем задать следующий вопрос.

– И прайфек на это согласится?

– У прайфека полно собственных забот, – ответил Роберт. – Похоже, наша империя превратилась в настоящее осиное гнездо, полное еретиков. Тебе повезло, каваор Леовигилд. Сегодня виселицы исполняют свою песню, которая не смолкает ни на минуту.

Леоф кивнул.

– Вам едва ли нужно повторять вашу угрозу, ваше величество. Я и с первого раза все вполне понял.

– Значит, снова «ваше величество». Будем считать, что мы сдвинулись с мертвой точки.

– Я в вашей власти, – проговорил Леоф. – Хотелось бы знать, есть ли у вас какая-нибудь определенная тема для вашего заказа?

Король покачал головой.

– Нет. Но я видел твою библиотеку, в ней полно известных в народе историй. Уверен, ты найдешь там что-нибудь вдохновляющее.

Леоф собрался с духом и сказал:

– Одна просьба. Мне действительно понадобятся помощники. Но, пожалуйста, будьте милосердны, отправьте Мери к матери, а Ареану к ее родным.

Роберт демонстративно зевнул.

– Тебе сказали, что они мертвы, и ты поверил. Я могу сказать, что отправил их домой, но как ты узнаешь, что я не солгал? В любом случае, я не хочу, чтобы ты убедил себя, будто они в безопасности – твоими молитвами. Это может вдохновить тебя на какую-нибудь новую глупость. Нет, они составят тебе компанию, чтобы укрепить твою решимость на пути к цели.

С этими словами он встал, и Леоф понял, что разговор окончен.

Внезапно композитора охватила дрожь, страшно захотелось лечь, закрыть глаза и снова забыться в своих снах. Но тут ему вспомнилась Мери, такой, какой увидел ее в первый раз. Она пряталась в музыкальной гостиной, слушала, как он играет, и боялась, что если он ее обнаружит, то обязательно прогонит.

Так что вместо того, чтобы сбежать в сон, Леоф устало побрел к книжным полкам и начал читать названия книг, доставленных сюда волей короля.

<p>Глава 5. Демон</p>

Человек закричал, когда женщина-демон погрузила в его грудь когтистые пальцы и через твердые кости и тугую кожу добралась до влажной мякоти под ними.

Энни почувствовала привкус железа во рту, когда вращение замедлилось, прекратилось и сконцентрировалось в одной точке. Неожиданно страх исчез, она смотрела прямо в лицо чудовищу.

– Ты знаешь меня? – проревел демон голосом, пронизавшим кожу и кости. – Ты знаешь, кто я?

В глазах Энни полыхнула вспышка, земля сдвинулась с места, и она вдруг обнаружила, что сидит верхом на лошади…

Она снова ехала рядом с Казио. Вспомнила, как вскрикнула у нее за спиной Остра, а потом возникло какое-то пугающее движение.

Что-то сбило ее на землю, потом грубая рука схватила Энни и силой вздернула в седло. Она помнила резкий запах пота похитителя и как он горячо дышал у нее над ухом. Нож, приставленный к горлу. Она видела только его руку с длинным белым шрамом, спускавшимся от запястья к последней фаланге мизинца.

– Езжай, – сказал кто-то. – С этими мы разберемся.

Она помнила, как тупо смотрела вперед, наблюдая, как то опускается, то вздымается засыпанная снегом земля, а мимо проплывают размытые деревья, точно колонны в бесконечном зале.