Леоф смотрел на свои ноги, но не чувствовал их, словно они принадлежали кому-то другому. Как в кошмарном сне, ему никак не удавалось заставить их двигаться быстрее. Леоф вспоминал кинжал Роберта, влажный от крови, и не решался обернуться назад из страха увидеть, как его лезвие перерезает изящное, нежное горло Ареаны…

И тут они столкнулись с отрядом людей в доспехах.

– Нет! – закричала Ареана и бросилась вперед, но воины поймали ее, а потом и Леофа с Мери.

И тут Леоф заметил с отрядом женщину, которая приходила в темницу, чтобы освободить его.

– Вы в безопасности, – сказала она. – Роберт еще там?

– Да, – выдохнул Леоф.

– Сколько с ним людей?

– Он один.

Она кивнула и обратилась к одному из солдат:

– Отведите их в Эслен. Устройте поудобнее и позаботьтесь, чтобы ими занялся лекарь. Ее величество захочет, чтобы с ними все было в порядке.

В полном оцепенении Леоф позволил вывести себя из замка наружу, где столпились другие солдаты и несколько повозок. Если бы он и вздумал сопротивляться, то все равно не смог бы.

Только в фургоне он позволил мышцам расслабиться, греясь под лучами солнца. Мери расплакалась, что Леоф посчитал хорошим знаком.

– Я не переставала надеяться, – сказала ему Ареана. – Я помнила твои слова.

– Ты спасла нас, – ответил Леоф. – Ты спасла меня.

Они прислонились друг к другу, Мери устроилась между ними. Солнце на коже Леофа было чистым и настоящим, оно не могло быть частью кошмара. За исключением…

– Я дал Роберту нечто ужасное, – пробормотал Леоф. – Страшное оружие.

– Ты все исправишь, – прошептала Мери. Ее голос был усталым, но твердым.

– Мери? Ты в порядке?

– Ты все исправишь, – повторила она.

А потом заснула.

Она была глупой, эта вера шестилетней девочки, но помогла Леофу успокоиться. И задолго до того, как они оказались в Эслене, он задремал тоже.

<p>Эпилог. Хозяин положения</p>

Нейла разбудили шум и суматоха. Он лежал в просторном помещении, на чистом белье и чувствовал себя отвратительно.

Оглядевшись, он увидел вокруг множество кроватей, на которых лежали раненые. Нейл попробовал сесть, но тут же передумал. Тогда он остался лежать и попытался привести в порядок свои воспоминания.

Само сражение он помнил очень хорошо, но все, что было после, тонуло в дымке беспамятства. Кажется, он плыл в лодке и слышал знакомый голос. Деревья без листьев, черные вороны на голых ветвях… Впрочем, возможно, это был сон.

А потом – вот это уж точно во сне – Нейл долго бежал по длинному тоннелю, где было полно людей и трупов; некоторых из живых и мертвых он знал, других нет.

Нейл спохватился, что снова смежил веки, погружаясь в дремоту, и заставил себя открыть глаза. У его постели сидела девушка в монашеском платке и протягивала ему стакан воды. Нейл взял стакан и напился. Вода показалась ему удивительно вкусной, падающий из окна свет напомнил о полях и раннем детстве. О годах, когда Нейл часто лежал среди клевера и наблюдал за жужжащими вокруг пчелами. О тех далеких временах, когда он еще не брал в руки меча и не видел, как умирают люди.

– Что происходит? – спросил он у монахини.

– О чем вы? – ответила она.

– Это Эслен?

– Да, – кивнула она. – Вы в доме гильдии Лиекса. Вам очень повезло. Вы уже были в руках святого Дана, но он позволил вам вернуться.

Девушка широко улыбнулась ему, а затем, словно спохватившись, вскинула палец.

– Ой, меня же просили сообщить, когда вы придете в себя!

И она торопливо выбежала, прежде чем Нейл успел задать следующий вопрос.

Очень скоро он почувствовал, что на него упала тень, и открыл глаза.

– Ваше величество… – пробормотал он, пытаясь подняться.

– Не нужно, – велела она. – Вам нельзя двигаться. Я долго ждала, пока вы придете в себя, и мне совсем не хочется убить вас своим появлением. Кстати, вы можете обращаться ко мне «королева-мать».

– Как пожелаете, королева-мать, – ответил он. – Вы хорошо выглядите.

– А вот вы раньше выглядели лучше, – невесело улыбнулась Мюриель. – Но мне сказали, что вы лишь чудом остались в живых. Если бы церковь все еще обладала влиянием в этом городе, вас бы судили за колдовство.

Нейл заморгал. Конечно, она считала, что шутит, но он вдруг вспомнил лицо явившейся ему Бринны. Бринны, которая однажды уже спасла ему жизнь, каким-то образом отдав часть своей. Могла ли она поступить так снова, оставаясь вдали отсюда? Неужели он снова обязан ей жизнью?

– Сэр Нейл!.. – окликнула его Мюриель.

Он покачал головой.

– Прошу прощения, королева-мать. Просто мне в голову вдруг пришла одна дикая фантазия…

Его глаза устали, но он заставил себя держать их открытыми.

– Вы не представляете себе, как я счастлив, что вы живы, – сказал он.

– Я и сама этому рада, – призналась Мюриель. – И крайне довольна вами, мой друг. Вы вернули мне дочь, и притом вернули ее настоящей королевой. Я не знаю, как вас благодарить.

– Никаких благодарностей…

– Конечно, – перебила его Мюриель. – Но вы должны позволить мне что-нибудь для вас сделать.

– Вы можете рассказать мне, что произошло, – сказал Нейл. – После сражения я почти ничего не помню.

Она улыбнулась.