Читаем Кровь звезд полностью

— Ну, устраивает вас такая сделка? — спросила Дама-Остроберт.

Он поклонился и поэтому не заметил, как потянулись к нему ее когти.

Его ракета находилась во впадине в горах, которая называлась (сейчас он знал это) Гермель, и все эти ловушки и угрозы, что сопровождали его на Анти-Земле, представлялись ему сейчас малозначащими.

Свадебная процессия ждала Деста на мосту через Кадишу — небольшую реку с прозрачной, как стекло, водой, опоясывающую крепостные валы. Воздух был теплым, лепестки цветов с апельсиновых деревьев падали на арки моста. По обеим его сторонам торговали купцы. Они расхваливали свои кувшины, арбузы и ароматические вещества. Перед подъемным мостом садились на вороных коней, покрытых ярко-красными попонами, стражники-сарацины с огненными и бирюзовыми тюрбанами на голове, а вокруг носилок с серебряными занавесками стояли рыцари в дамасских доспехах. Носилки поддерживали двадцать четыре негра, облаченных в кольчуги из черных эмалированных пластин, украшенных опалом. Жильбер понял, что ему придется отправиться в путь в качестве пленника, и потребовал лошадь.

На этот раз Сафарус позволил ему ехать верхом. Он был обеспокоен. В толпе, окружавшей кортеж, он получил два ужасных послания. Их сунули ему в руки странствующий торговец и какой-то кочевник в платье из голубого сукна. Одно послание содержало печать со звездой Соломона и зодиакальный амулет, другое — серебряный полумесяц, зерна звездчатки и обыкновенный камень, при виде которого на глаза Сафаруса навернулись слезы: это был кусочек мостовой из Храма Зорободель.

Две секретные встречи были назначены в катакомбах Константина и на мостовой, ведущей к Храму Господнему.

Исаак Агасверус Лакедем всю свою жизнь, очень долгую жизнь, был неуязвимым, во всех сделках находил себе выгоду, был то там, то здесь.

Караван шел день и ночь. Дест сидел на коне огненной масти так, как будто всю жизнь провел в седле. Он торопил людей и совсем загонял лошадей и верблюдов. Пройдя снежные склоны гор Ливана, кортеж углублялся сейчас в Иудею. Астронавт жадно вдыхал этот знакомый ему воздух. Наконец-то этот невыносимый сон, этот кошмар вот-вот закончатся: он сможет сбросить маску, найти ту впадину из розового гранита, где находится его корабль! С него, как кора, слетела вся меланхолия принца Триполи; он надел свой космический комбинезон и проверил бластер. Когда волны Мертвого озера заискрятся среди меловых скал, Жильбер сбросит с себя эту власть Анти-Земли: он снова станет Дестом, астронавтом, который обнаружил на планете довольно любопытных гуманоидов, все это исчезнет, и он вернется в свой корабль.

«В конце концов, — философски говорил он себе, — дела не так уж и плохи… Я мог бы попасть к осьминогам или людоедам, либо к бедуинам! Анти-Земля является подходящей планетой, с которой Земля могла бы позднее установить отношения. Но не раньше, чем здесь перестанут убивать сирот и уничтожать путешественников! Вполне возможно, что некоторые астронавты уже приземлялись здесь и им не оказывали гостеприимного приема…»

Благодаря этому ходу своих мыслей, он и увидел признаки пребывания здесь инопланетян. Дест спросил Сафаруса:

— Что за ужасное стечение обстоятельств превратило этот уголок планеты в такую выжженную, безжизненную пустыню? Как появилось это мертвое озеро с высокими и крутыми берегами из пепла?

Магистр посмотрел на него как-то неопределенно.

— Когда-то на этом месте стояли два процветающих города, — начал он. — Их посетили спустившиеся с неба посланники. Это случилось, мой господин, в очень далекие времена; сказочные колесницы часто опускались на эту равнину. Из них выходили странные существа: девственные лица и тела быков. Их окружали золотые огненные облака. Жители тех городов напали на них и были наказаны.

Жильбер понял: в отместку эти города подвергались бомбардировке. Инопланетяне использовали водородные двигатели, вот причина возникновения пустыни и озера. Но почему эти завоеватели снова ушли, покинув малонаселенную богатую планету? Были ли другие войны?… Столько вопросов, на которые нет ответа.

Наступала ночь. Дест все еще любовался обилием золотых и огненных красок, этим отражавшимся на песке пурпуром, который вдруг угасал. Непроглядная тьма охватывала пустыню. Астронавт взглянул на небо. Он говорил себе, что никогда больше не увидит это странное расположение звезд. Ослепительно сияли Бетелгес и Альтаир. Река света образовывала водоворот: туманность Андромеды. Альманат и Альферат сверкали, как два чистых бриллианта.

Дест, сопровождаемый только Сафарусом, удалился от каравана, чтобы узнать свое местоположение. «Если бы в летающей игле кабина была попросторнее, — подумал он, — я бы взял с собой этого магистра: он действительно выглядит слишком цивилизованным и культурным для этой планеты». Он поскакал быстрее, в его ушах засвистел ветер пустыни. Дест все пришпоривал своего покрытого пеной и кровью коня, когда Сафарус, не успевавший за ним, закричал ему издалека:

— Остановитесь! Остановитесь, мой господин!