«Рейнгардский мир» завершил очередной гарлондский кризис. Державы, негативно воспринявшие возрождение единого государства, не сумели нанести поражение Тариту. Вторжение иностранных армий, напротив, поспособствовало сплочению нации вокруг сильного и авторитетного правителя. Король предстал в образе надежного защитника, отстаивающего интересы простого народа и рискующего собственной жизнью на поле брани. Победа в сражении при Вардии над противником, который многие годы использовал гарлондские территории в качестве полигона для удовлетворения собственных корыстных интересов, добавила уважения и признания монарху. Несмотря на возраст, он стал истинным лидером Гарлондского государства. Старинный, и позабытый, когда — то девиз гарлондских монархов гласил: «Сила в единстве». Сейчас подобное утверждение обретало вполне реальные очертания.

«Тройственный Союз» не оправдал возложенных на него надежд, но руководство Остока не делало из этого обстоятельства особой трагедии. «Рейнгардский мир» привел к двум другим главным последствиям. Первое — принцип сохранения доминирующего влияния Зуагра в Лаксборском княжестве был признан другими державами. Напрямую об этом не говорилось, но что называется, читалось между строк. Феленберг Каменная Голова считал себя наследственным врагом правителей Исара, и навсегда стал надежным союзником для короля остокского Воллина V. Второе — после страшных поражений при Оромедо и Налвине, когда казалось, что страна летит в глубочайшую пропасть, остокское государство за считанные годы вернуло утраченные позиции в Горном Мильгарде. Именно Зуагр становился инициатором и лидером борьбы против гарлондцев, именно Зуагр стал центром притяжения для растерявшихся арсинийцев и камгаров. Особенно актуальные формы подобный расклад приобрел после начала конфликта императора с высшими аристократическими кругами страны, а также кровавого переворота в Арзулане. Внешнеполитическая хватка двух держав временно ослабла. Остокское государство поспешило занять пустующую нишу и сумело значительно нарастить дипломатическое влияние на Восточном побережье. Причем сделать это удалось, не вынимая меча из ножен. Действуя в первую очередь, политическими инструментами остокцы нарастили свое влияние в Золотом Мильгарде. Воллин V и cсозданный им «Ательстаг» были вполне довольны результатами разрешения очередного серьезного политического кризиса вокруг Гарлондских пределов, который способствовал укреплению остокского влияния.

Многолетние конфликты, связанные с возрождением Гарлондского королевства, на данном этапе, были завершены. Тарит отстоял свое право на сохранение независимости. Акерум сохраняла прочные лидирующие позиции. Остокцы сумели оправиться от преследующих их неудач. Зартинийская империя традиционно придерживалась нейтрального положения на Востоке. Арсиния и Камгария столкнулись с внутренними неурядицами, которые неизбежно нашли свое отражение во внешнеполитической деятельности. Впрочем, скоро об этом будет рассказано более подробно.

Глава 32

В затяжной серии конфликтов вокруг Гарлондского королевства была подведена черта. Гарлондские войны, неоднократно сотрясавшие Горный Мильгард закончились. Государства, воспринявшие усиление Тарита как угрозу собственным национальным интересам, вынуждены были смириться с установившимся положением вещей. На время стол щекотливый вопрос отошел на второй план. Накал противоречий, неоднократно приводивший к открытому противостоянию, существенно снизился. В Гарлондских пределах установлялся долгожданный мир. Объеденное королевство обладало значительной территорией, многочисленным населением, разнообразными ресурсами, сильной армией и необычайно одаренным правителем. Ему хватало политической прозорливости, гибкости и врожденного такта, для того чтобы сплотить столь различные по духу и мировоззрению области страны в единый, сбалансированный организм. Владетели, потерявшие свои наследственные земли, были органично вписаны в систему государственного управления. Поэтому все попытки по дестабилизации внутренней ситуации в Гарлонде, предпринимаемые вражескими агентами во время последней войны, были обречены на провал. Надежды на княжеский мятеж не нашли своего реального подтверждения. Лишь Вессен разительно выделялся из общей массы. Жители северного региона никогда не отождествляли себя с населением равных областей королевства. Вессенцы считали себя потомками коренных жителей этих мест, поселившихся на крутых склонах Холодных Пик еще в незапамятные времена. Гарлондские племена пришли значительно позднее. Когда — то княжество было большим и самостоятельным, и лишь лаксборские правители сумели покорить гордый народ. Потому неудивительно, что правящая верхушка достаточно спокойно восприняло идеи о возрождении Великого княжества Лаксборского. Новый статус возвеличивал владетеля в глазах подданных и служил поводом для гордости. То обстоятельство, что остокское руководство оказывало влияние на проведение внешнеполитического курса Вессена, ничуть их не смущало.