Читаем Кровь артефакта полностью

Тем временем распогодилось знатно. Солнце выбивало своими лучами из домов и старого бетона осеннюю прохладу, словно пытаясь наверстать упущенное за лето или запастись впрок перед долгой зимой. Повсюду воздух дрожал от поднимавшегося вверх марева, и казалось, что Припять просто перенасыщена аномалиями. Хотелось расслабиться и подставить лицо тёплым лучам осеннего солнца, но я настойчиво гнал от себя такую мысль, ведь среди дрожащего от марева воздуха могла на самом деле притаиться аномалия. Да и об оборотнях забывать не стоит, как впрочем, и о других опасностях, прямых или косвенных.

Поэтому пришлось выбросить из головы все мысли и осторожно пробираться вперёд, время от времени кидая камень в слишком уж подозрительное марево. Выработанный за годы, проведённые в Зоне, инстинкт заставлял кидать камни едва ли не во весь попадающийся дрожащий от испарения воздух, поэтому шли мы медленно, но верно, постепенно приближаясь к намеченной окраине города.

Вопреки логике, по мере удаления от центра города количество аномалий только прибавилось и с каждым кварталом становилось всё больше и больше, поэтому наше передвижение замедлилось до предела. То и дело встречались парные аномалии или парно-переходящие, например с одного края «молния» а с другого «молот». Надежда всю дорогу прокрасться вдоль домов, перебегая от одного к другому, давно умерла, поэтому мы петляли в такт аномалиям, выискивая наиболее безопасную дорогу и как можно чаще осматривая пустые глазницы мертвых домов на предмет засады.

Солнце уже начало клониться к закату, когда за спиной раздался уже знакомый, но от того не менее страшный вой-гудок. Я вздрогнул и интуитивно обернулся, выставив перед собой надёжный «винторез», словно ощетинившийся дикобраз. Сонька тоже остановилась и подняла автомат, но, вспомнив, что это за звук опустила. Я, подумав, последовал её примеру. Звук был хоть и громкий, но всё равно чувствовалось, что он доносится издалека. Что это? Рабочий день «странников» кончился? По крайней мере, именно такую ассоциацию он вызывал в моём мозгу.

— Пошли, пошли. — Нарушил я затянувшееся молчание и, подавая пример, вновь двинулся вперёд. Нам предстояло совершить рывок через очередную широкую улицу, чтобы дворами выйти к северо-западной окраине города.

Завернув за ближайший дом, я прокрался вдоль его торца и внимательно просмотрел улицу в оба конца, затем снял с плеча винтовку и проделал то же в оптический прицел. Не заметив ничего опасного, я, не оглядываясь, махнул рукой, и мы понеслись через улицу, практически вжимаясь в потрескавшийся и местами поросший травой и мелкими деревьями асфальт. Ничего неожиданного не произошло, и я облегчённо выдохнул. Видимо эта расслабленность меня и подвела. Посчитав самый опасный участок пути пройденным, я спокойно прошёл между «хрущёвкой» и девятиэтажкой и вышел на заросший двор, в конце которого виднелся забор детского сада.

Словно ожидая именно нашего рывка, откуда-то из-за спины раздался грохот выстрелов сразу нескольких стволов и по асфальту, высекая искры и противно взвизгивая, застрекотали очередью пули. Глаза сразу нашли укрытие — несколько рядов уложенных в стопку плит и мы быстро юркнули в спасительный лабиринт. Проход был узким и высоким, защищая нас от случайного наблюдателя или его пули, если у него появится желание по нам стрелять. Хотя, что значит «если», уже появилось. Интересно кто это и чем мы ему не угодили? А может и не конкретно нас они здесь ждали, просто нашли паутину, в которую при определённом стечении обстоятельств обязательно попадётся какая-нибудь муха, даже такая опытная как я или Кулачок.

В общем, хотел я сделать как лучше, но получилось как всегда. Я пробежал один ряд плит, вбежал в другой и остановился как вкопанный — прямо посреди прохода удобно расположилась «жарка». Сонька на моё резкое торможение среагировать не успела и на полном ходу врезалась в меня, от чего я едва не влетел носом в аномалию. Обламывая ногти, удалось зацепиться за плиты и затормозить падение, в результате чего я отделался лишь опалёнными бровями да сломанными до крови ногтями на трёх пальцах.

Тяжело дыша, я привалился спиной к плитам и подул на пальцы. Мля, больно! Неизвестные стрелки, потеряв нас из вида, перестали стрелять. Хотя это как раз ненадолго, сейчас наверняка перейдут к другому окну, выходящему напротив входа в лабиринт плит и нашпигуют нас пулями как в тире. Надо выбираться из этого тупика. Я пробежал к началу плит и осторожно высунул голову, пытаясь определить, откуда по нам стреляли. Вновь зазвучали выстрелы, и я сразу спрятался обратно, успев заметить, что стрелок расположился на четвертом этаже. Именно стрелок, так как заработал всего один автомат. Значит остальные пошли, скорее всего, к окнам, из которых нас будет видно, и если я не ошибаюсь, для этого им надо перейти в соседний подъезд. По времени это займёт около минуты, секунд десять из которых уже прошло.