Читаем Крой тела полностью

Клара услышала довольное чмоканье, после чего Германн ответил:

— К сожалению, ничего. А как у вас дела?

— Флешку я везу с собой. Криминалисты все еще работают в квартире Юлии Шмидт, перевернули там все вверх дном. — Клара свернула в сторону главного вокзала. — К сожалению, никаких отпечатков пальцев и следов его ДНК, частичек кожи или чего-то подобного. Все как у Жасмин Петерс.

«Вы не поверите, но там ничего нет», — говорили криминалисты Кларе. «Вы совершенно правы, я вам не верю, — отвечала Клара. — Поэтому ищите еще».

— Даже идеальный убийца совершает ошибки, — продолжала она. — Полиция опрашивает жильцов, не видели ли они чего подозрительного между пятью и восемью часами вечера. Проблема в том, что мы не знаем, как выглядит преступник. А еще: в Берлине народ переживает только за свое добро, если вообще переживает. — Она ненадолго задумалась. — Судмедэксперты сейчас как раз снимают пробы ДНК с ночной сорочки и кожи трупа. Кроме того, исследуют мозг на предмет ядов, наркотиков и других средств, по которым можно выделить определенную среду или группу лиц. — Клара проехала мимо вокзала и свернула налево, в тоннель, к Темпельхоф. — К сожалению, у нас нет других органов, кроме мозга, поэтому анализ будет довольно ограниченным.

— Хорошо, — сказал Германн, — я скажу Винтерфельду. Сообщу, как только у нас появится что-то новое.

— Все ясно, — ответила Клара. — Скоро буду в участке.

Она положила трубку и некоторое время молча смотрела на дорогу, освещенную желтыми фонарями тоннеля.

— Что вы об этом думаете, Фридрих? — спросила Клара. — Я в опасности? Он написал: «Проснитесь перед тем, как умереть».

Фридрих задумался, прежде чем ответить.

— Предположим, что это угроза. Но, скорее всего, для того, чтобы вы быстрее осознали взаимосвязь. Он словно хочет вас предупредить, чтобы вы не стояли у него на пути.

— Но именно это и есть моя работа! — воскликнула Клара и раздраженно уставилась на дорогу. Желтые фонари пролетали мимо, как мысли, за которыми нельзя угнаться. — Как вы думаете, что этот сумасшедший припас для меня? — спросила она наконец. — Он написал, что хочет сегодня вечером мне кое-что показать.

Фридрих пожал плечами.

— Еще одно письмо, еще одна посылка? В любом случае, нам нужно сразу на это отреагировать. Может быть, в своей самоуверенности он выдаст нам больше информации, чем следовало бы. Возможно, из-за наглой заносчивости допустит ошибку, которая даст нам шанс схватить его.

— Будем надеяться на это, — пробормотала Клара.

— То, что он вам хочет показать, — продолжал Фридрих, — очевидно, очень важно для него. И, видимо, для вас тоже. — Он пристально посмотрел на нее сквозь стекла очков, словно психиатр. — И он сказал, что для вас это будет непросто. — Фридрих снял очки и протер их шарфом.

Машина выехала из тоннеля. Полумесяц, пробившись сквозь серо-черные облака, заливал все матовым светом.

— Лучше, если мы вместе подумаем, что это может быть, и подготовимся, чтобы информация не стала для вас неожиданностью.

— Своего рода инструктирование? — спросила Клара.

— Почему бы и нет? — ответил Фридрих. — Рядом с УУП есть прекрасное заведение, где можно заказать отличный шотландский виски. Конечно, место для кафе не идеальное, но они как-то держатся на плаву. Мне нужно сменить обстановку, чтобы подумать, а кроме того, немного топлива, чтобы мысли завертелись в нужном направлении. Вы ведь не против, правда?

Клара задумалась, но решение приняла быстро.

— Да, охотно. Поиск идет. Сейчас мы все равно не можем ничего сделать.

Она поехала вдоль железнодорожной линии по Галлишен-Уфер и свернула направо на Мерингсдамм.

«Какой абсурд — пить сейчас виски, — подумала она, — вести себя так, словно наступили выходные! Но ведь они наступили».

«Покорись искушению. Возможно, в твоей жизни такая возможность больше не представится», — говорил Оскар Уайльд.

Иногда проблему решить проще, если судорожно не думать о ней все время. Как у мужчины, которому фея сказала, что тот может найти в своем саду клад, но при условии, что не будет думать о розовых слонах.

Через некоторое время она сказала:

— Что это может быть? Что меня может связывать с этим сумасшедшим?

— Вероятно, что-то из вашего прошлого, — ответил Фридрих, глядя в окно на проносящиеся мимо фонари. — Нет, не вероятно, — поправил он сам себя. — Наверняка.

Он узнал все, что хотел. Многое Инго не хотел говорить, поэтому черный человек, парень по имени Чилл, ему помог. Он смотрел фотографии на ноутбуке и расспрашивал о них.

А потом положил компьютер в большую черную сумку.

Инго, дрожа и весь в поту, сидел перед ним. Слезы текли по его щекам.

— Почему? — устало спросил он.

Мужчина обернулся.

— Почему? Ты все еще не сообразил? До сих пор не понял, кто я?

Инго М. покачал головой.