Читаем Кризис в Церкви полностью

Почему присутствие Христа, едва зачатого во чреве Божьей Матери, вызвало ликование Иоанна Крестителя, который был шести месяцев в утробе? За три месяца до рождения Иоанн Креститель почувствовал присутствие своего Бога и от радости взыграл, а его мать после этого пророчествовала о том, чего не знала Матерь Божья. «И откуда это мне, что пришла Матерь Господа моего ко мне?» (Лук.1:43). Как она могла знать это? Мария сказала в ответ не более, чем слова приветствия. Но взыграние младенца сделало Елизавету пророчицей.

Тогда если присутствие Бога так радостно, то почему множество не только младенцев во чреве, но рождённых уже детей и взрослых не ликовали, когда Матерь Божия проходила рядом? Почему демоны трепещут и бегут при таком же присутствии? До конца не знаю, скажу вам это не абсолютно, конечно, но думаю, что действительно так. Судит ли Бог? Или просто я буду сам себя судить? Смогу ли я жить с таким Богом или нет? В действительности Церковь - это взаимный суд. Бог судит меня, зная, что Он сделал со мной, и позволяет мне быть Его судьёй.

Когда Христос после Воскресения говорит Петру: «Симон Ионин! любишь ли ты Меня больше, нежели они?» (Иоан.21:15), Всемогущий позволяет своему творению вершить суд над собой. И если Симон Ионин ответил: «Так, Господи! Ты знаешь, что я люблю Тебя» (Иоан.21:15), - это был суд, закончившийся примирением и гармонией. Не потому, что это нужно было Христу! Пётр по своей оплошности нуждался в примирении с Богом. И опять же сам Бог совершил это примирение. Мы видим, что Пётр ничего не сказал и не сделал, возможно, он и не знал, что делать. И перед вознесением Христос, найдя момент, чтобы не только восстановить Петра среди учеников, но и сделать его первым учеником, сказал: «Любишь ли ты Меня больше, нежели они?». Мог ли Пётр иметь совесть дерзнуть сказать после всего, что он сделал: «Люблю Тебя больше всех остальных»? Ведь ранее Пётр сказал: «Даже если все оставят Тебя, но не я. Я пойду и в темницу и на смерть с Тобой». Христос ответил ему тогда: «Истинно говорю тебе, что ты ныне, в эту ночь, прежде нежели дважды пропоет петух, трижды отречешься от Меня» (Мар.14:30). Это была действительность, о которой знал Господь, но только Пётр был ещё очень наивен и не знал духовных законов, которые учат о том, что нельзя слишком доверяться сегодняшнему дню, потому что святые отцы говорят: «Ожидай искушений до смертного часа, будь трезв и бди, чтобы не похитили тебя так же, как Петра в ту ночь». Но Бог, будучи Богом, Христос, будучи Богом, знал и другую истину: хотя Пётр и пал так позорно, жестоко, Господь знал всё-таки и истину, которая заставила Петра сказать: «Если и все соблазнятся, но не я» (Мар.14:29). Была истина, которой Пётр устыдился и сейчас не мог произнести. Но Христос, сердцеведец, произнёс эти слова за Петра: «Любишь ли ты Меня больше, нежели они?». Опять-таки, что мог ответить Пётр? Может, не очень смело в этот момент, он сказал: «Так, Господи! Ты знаешь, что я люблю Тебя» (Иоан.21:15). И Христос трижды вопросил его так же, как Пётр трижды отрёкся от Него, пока не пронзил его до самого сердца этими словами, которыми он очистился от осуждения и, я бы сказал, от тёмных энергий своего падения.

Что хочу этим подчеркнуть? Есть потенциал разницы между Богом и человеком, который обязательно ведёт к кризису, к трагизму и может привести к трагедии, но который предназначен Богом для того, чтобы человек более мог осознавать, а, осознав, с большим пониманием и силой, разумея верно дела, во всей своей свободе мог бы отдаться промыслу Божьему так, как, например, блудный сын. Он попросил у отца своё имение, и отец отдал ему, а он всё растратил, но, образумившись трагизмом, но ещё не трагедией положения, в которое он попал, вернулся обратно к отцу с покаянием. Отец же, даже не дав ему договорить, обнял его и велел принести ему лучшую одежду, и так далее. Не знаю, было ли много подобных этому отцу в истории, потому что, представляете, что скажут о таком отце люди: «Глупец, ты столько лет растил его и не знал, каков он? И ему ты дал деньги и имение?» и так далее. Этот глупый отец, который не знал, каков его сын, - это Бог. Разве это глупость? Я думаю, что это любовь всемогущего Бога. Любовь, которая запрещает себе перед лицом свободы, которую Он дал человеку, трансгрессировать эту свободу. И здесь находится наш потенциал падения, ада, вечного ада, потому что наша жизнь и наша свобода - это не шутка, а деяние Божие.