Читаем Кризис совести полностью

Если человек испытывает такие ощущения, это вовсе не значит, что он не признает существования настоящего стада Божьего, общины верующих, Глава которой — Христос Иисус. Божий Сын уверил нас, что у Него будут истинные последователи не только в первом или в двадцатом веке, но и во всех столетиях между ними, ибо Он сказал: «Я с вами во все дни до скончания века»[236]. И, хотя среди них есть неизбежные «плевелы», Он узнает тех, которые были Его истинными учениками не потому, что принадлежали к какой–то организации, а по тому, кем они были как люди. Где бы они ни жили, каким бы незаметным ни было их место в общине с человеческой точки зрения, во все века Он знал и вел их как Глава, как Господь. Его апостол говорит нам: «Но твердое основание Божие стоит, имея печать сию: «познал Господь Своих»[237]. Почему мы должны сомневаться, что все оставалось и остается именно так и до сегодняшних дней? Слово Божье показывает, что не люди — они этого не могут — разделяют всех, чтобы можно было сказать, что вся «пшеница» аккуратно собрана в одно место. В Писании ясно говорится, что это станет видно, только когда Сын Божий объявит Свой суд[238].

Как приятно, что можно свободно встречаться с людьми, не чувствуя на себе обязанности искать какой–нибудь «ярлык», чтобы знать, как к ним относиться. Не нужно автоматически помещать их в разряд Свидетелей или «мирских»; в разряд тех, кто «в Истине», или тех, кто является «частью дьявольской организации»; машинально относить их к «братьям» или «сестрам», если они носят «ярлык» Свидетелей, или (если такого ярлыка у них нет) считать их людьми, которым можно «свидетельствовать», но с которыми не стоит поддерживать дружеские отношения. Вместо этого приходит здоровое ощущение свободы поступать справедливо и честно, оценивая каждого без предвзятости, на основании того, кем тот или иной человек является — как личность. Вместе с этим появляется уверенность, потому что мы знаем, что «Бог нелицеприятен, но во всяком народе боящийся Его и поступающий по правде приятен Ему»[239].

Конечно, для многих, кто пытался оставаться верным своей совести, самым болезненным переживанием бывает осознание того, как быстро может разрушиться давняя дружба, как внезапно явная любовь может смениться холодным недоверием. Свидетельница из южного штата, одна из самых активных членов собрания, начала замечать, как далеко организация отошла от учений Библии. Она сказала своему знакомому, что несмотря на это не хочет покидать организацию: «В собрании так много людей, с кем я сама изучала Библию и кого привела в организацию. Я глубоко люблю их и других людей и по этой причине считаю, что должна остаться. Я не могу уйти от тех, кого люблю». Некоторое время спустя старейшины, узнав об ее сдержанности по отношению к некоторым учениям, поставили под сомнение ее «преданность». Практически на следующее утро отношение к ней переменилось. Она обнаружила, что косвенно, намеками и слухами внутри собрания ее осуждают: «Я увидела, что на самом деле то, что мне казалось глубокой любовью, было односторонним чувством. Даже не поговорив со мной, не спросив о моих настоящих мыслях, люди, которых я очень любила, вдруг стали со мной холодны».

Клевета на ваше самоуважение, преданность и посвящение Богу — самая ужасная клевета, которая только существует. Невероятным шоком будет услышать, как тот, кого вы считали верным другом, скажет: «Не знаю, что случилось, и не хочу знать». Или выяснить, что такой друг сказал: «Я не знаю фактов, но что бы ни сделала организация, на это должны были быть веские причины».

Слишком часто эта пресловутая любовь, которую называют частью «духовного рая», оказывается довольно поверхностной. Свидетельница из соседнего штата, все еще активно работающая в организации, сказала мне по телефону, что ее муж, известный в городе старейшина, уже в течение некоторого времени испытывает значительное давление со стороны местных старейшин. «Если бы они что–нибудь против него нашли, они бы повесили его на самом высоком дереве», — сказала она. Эти ее слова напомнили мне высказывание: «С такими друзьями кому нужны враги»? «Вы не представляете, как часто мы это повторяем», — ответила она.

Мои ощущения перекликаются с чувствами человека, испытавшего холодное отвержение и написавшего такое письмо: