Читаем Кривой дом полностью

— Насчет Хенча — ничего. Он и его девушка много выпили. Пили, пели и слушали радио, сходили поесть. Думаю, это продолжалось несколько дней, пока мы не задержали их. Девчонка не из лучших. Хенч мог свернуть ей шею. На свете хватает таких подонков.

— А пистолет, который Хенч не признал своим?

— Пистолет тот самый, из которого стреляли. Мы еще не закончили проверку, но гильза у нас есть. Она лежала под телом Джорджа. Для сравнения мы сделали несколько выстрелов, и сейчас там колдуют эксперты.

— Вы верите, что. кто-то сунул пистолет под подушку Хенча?

— Конечно. Зачем было Хенчу убивать Филлипса? Они даже не были знакомы.

— Откуда вы это знаете?

— Знаю. Послушайте, есть вещи, которые известны вам лучше, чем мне... Есть факты, в достоверности которых нет оснований сомневаться. Хенч никого не убивал, но своим поведением обращал на себя внимание. И все время у него под подушкой лежал пистолет. Девушка весь день была с Хенчем. Если бы он кого-нибудь убил, она должна была это знать. Но она не имеет об этом никакого понятия. Она бы раскололась: что для. нее Хенч? Парень, с которым она проводила время, не больше. Забудьте о Хенче. Парень, который убил, слышал рев радио и знал, что он перекроет звук выстрела. Тем не менее перед убийством оглушил Филлипса, втащил его в ванную и закрыл дверь. Убийца не был пьян, у него четко работала голова, и он был очень осторожен Когда он вышел из квартиры Джорджа, радио замолчало, а Хенч с девушкой ушли поесть. Так все и произошло.

— Откуда вы знаете, что радио умолкло?

— Мне сказали,— холодно ответил Бриз.— В этом доме живут и другие люди. Радио замолчало, и они ушли. Когда убийца вышел в коридор, дверь в квартиру Хенча была открыта. Иначе у него не возникла бы мысль оставить там пистолет.

— Люди не оставляют открытыми двери в меблированных домах. Особенно в таком районе, как этот.

— Пьяные оставляют. Они теряют осторожность и ориентацию. Все время думают об одном. Дверь была открыта — пусть чуть-чуть, но открыта. Убийца вошел, сунул свой пистолет под подушку и обнаружил там другой. Он забрал его, чтобы еще больше впутать в это Хенча.

— Вам надо найти этот пистолет,— заметил я.

 — Пистолет Хенча? Мы пытаемся это сделать, но Хенч сказал что не знает его номера. Если мы найдем пистолет, то сможем многое установить. Но я сомневаюсь, что найдем. Сейчас мы занялись пистолетом, который у нас есть, но вы же знаете, как делаются такие дела. Думаешь, что все идет как надо, идешь по следу, а он вдруг обрывается. Тупик. Что еще можно придумать в такой ситуации?

— Я устал. Мое воображение не работает.

— Но вы прекрасно разобрались с делом Кассиди,— заметил Бриз.

Я промолчал. Хотел снова набить трубку, но она была еще слишком горячей, и я положил ее на стол.

— Видит Бог,— рассуждал вслух Бриз,— не знаю что и думать о вас. Я не могу утверждать, что вы покрываете убийцу, так же как не могу утверждать, что вы знаете больше, чем сказали.

Я снова промолчал.

Бриз наклонился вперед, стряхнул в пепельницу пепел с сигары, потом стал осторожно гасить ее. Он допил виски, встал и надел шляпу.

— Вы долго собираетесь валять дурака?

— Не знаю.

— Я помогу вам. Даю вам время до завтрашнего полудня, чуть больше двенадцати часов. До тех пор, пока у меня не будет результатов вскрытия. Даю вам время на размышление.

— А потом что?

— А потом доложу капитану, что некий частный детектив Филипп Марлоу скрывает информацию, в которой я нуждаюсь для расследования дела об убийстве. Что последует за этим, вы и сами знаете. Полагаю, он начнет действовать без промедления.

— Гм,— пробормотал я.— Вы заглядывали в стол Филлипса?

— Конечно. Он был аккуратный молодой человек. Там лежал только его дневник, а в нем — посещения пляжа, прогулки с девушками. Или о том, как он сидит в конторе и никто к нему не приходит. Однажды пожалел свое белье, сданное в прачечную, и исписал об этом целую страниц. В основном же писал по три-четыре строчки в день. Была даже всего одна строчка. И все это — печатным шрифтом.

— Печатным?

— Да, пером и чернилами он выводил, печатные буквы. Не обычные большие буквы, как у всех людей, а аккуратные, маленькие буковки. Похоже, что он умел быстро писать так.

— На карточке, которую он мне дал, было написано по-другому,— заметил я.

Бриз чуть подумал, потом кивнул.

— Верно. Возможно, иногда он писал по-другому. Ни на обложке дневника, ни в нем самом Имен не было. Может быть, для него это была своеобразная забава — имитировать печатный шрифт.

— Как в стенографии Пеписа?

— А что это такое?

— Когда-то один человек написал дневник, разработав новую стенографию.

Бриз посмотрел на Спанглера, который стоял около кресла и допивал виски.

— Надо это проверить, а то он подсунет нам второе дело Кассиди.

Спанглер поставил бокал на стол, и они направились к двери. На пороге Бриз оглянулся и посмотрел на меня.

— Вы знаете высокую блондинку?

— Может быть. Но насколько высокую?