Читаем Кривое зеркало полностью

— Где? — выражать и далее незаинтересованность в делах родной конторы стало невозможно. Через секунду они уже пересекали коридор, а Колюня, оживленно жестикулируя, посвящал Казбека в данные оперативной сводки. Раскуроченный «форд» Бажаева рано утром обнаружили шоферы-дальнобойщики, они же прочесали лесополосу в радиусе двухсот метров в поисках водителя, но, не обнаружив того ни живого, ни мертвого, сообщили на ближайший пост ГАИ. Казбек отметил, что перестрелка произошла всего в паре километров от жилого комплекса, где проживают Лисневские и Карепины. Таким образом, Казбек собирался убить двух зайцев. Уже на улице Муратов попросил Ряшенцева задержаться, а сам бросился обратно. Анатолий Анатольевич тяжело смотрел на Казбека, оттирая со лба нездоровую испарину.

— Анатолий Анатольевич, я по делу Лисневской. Буду сегодня в вашем районе. Хотел поговорить с вашим сыном.

— С Вадимом? — Карепин не удивился, — надо так надо. Такое дело… Я предупрежу своих. Идите, Муратов, работайте, — начальник с трудом подавил пивную отрыжку.

Когда добрались до места, Казбек застегнул молнию на куртке, вышел из «уазика» и огляделся: «форд» стоял с правой стороны от дороги, передними колесами в направление лесополосы, и темнел дырами вместо стекол. Один из прибывших ранее оперативников с помощью сантиметра размечал расстояние между автомобилем и раскиданными около него разнообразными предметами, в основном, гильзами. Другой под диктовку записывал данные в блокнот. Колюня ненадолго задержался с рацией, отвечая на вызов оперативной связи. Казбек поздоровался с присутствующими и встал рядом, внимательно слушая диктовавшего. Через пару минут, разрумянившийся на свежем воздухе, Ряшенцев присоединился к остальным:

— Прикиньте, мужики! Не поверите, тачка нашего глубоко уважаемого джигита Бажаева в угоне. Сам бы не поверил, но у того заявление с утра лежит. Знать ничего не знает, и видеть — не видел!

— Знакомо, — спокойно заметил Гриша и почесал ручкой за ухом, — Игорян, салон фиксируем?

Его коллега утвердительно кивнул и, действуя, как заправский портной, растянул сантиметр, нырнув в салон, — тут замучаешься ползать! — в сердцах ругнулся он, поднимаясь и держась за поясницу, — из двух автоматов косили, решето, блин!

— Вот так, Бек, вор у вора украл. Дурдом, и как в нем жить?

— Регулярно и с удовольствием. Пиши, пиши, писатель, — Казбек взглянул на часы, — скажи спасибо, трупов нет.

— Может спасибо, а может…. В салоне то кровь. А ты говоришь…

Муратов аккуратно переступая, через открытые двери оглядел внутренности иномарки. На заднем сидении, на стекле и с обратной стороны спинки водительского сидения отчетливо виднелись темные пятна и хаотичные брызги. В разных местах из распоротой обивки торчали куски поролона.

— Лес осматривали?

— Прямо…. Только приехали. Сходи, осмотри, быстрый ты наш, — усмехнулся Гриша.

Казбек вновь взглянул на часы. Ряшенцев, заметив его жест, пыхнув сигаретой, подошел:

— Торопишься?

— Да, — Муратов махнул рукой, если не очень нужен, то пойду. Мне рядом, к Анатольевичу домой.

Трое коллег удивленно уставились на Казбека. Тот же, усмехнувшись, покачал головой, — показания у сына его взять, для дела. Михалыч! — обратился он к водителю, — подбросишь к начальству?

— Валяй, — Михалыч, покопавшись в моторе, хлопнул капотом и обтер руки тряпкой, — домчу быстрее ветра, если не развалимся по дороге, — Мужики, скоро буду, не скучайте.

— Ох, Михалыч, даже не надейся, — буркнул Игорян, — пива привези!

— А лучше — пожрать чего-нибудь! — добавил Колюня.

Казбек сел рядом с Михалычем и задумался. Никакого определенного плана разговора с Вадимом у него не было.

— Ларисе Ивановне — земной поклон! — прокричал Колюня отъезжавшей машине, потер руки и подошел к останкам «форда»:

— Ну-с, господа присяжные, что мы здесь имеем, — он аккуратно отодвинул спинку сидения, — пустую бутылку от пива «Балтика». Пишешь, Игорян? Ага, пиши. В кармашке газета «Знакомства». Вот, уроды, знакомятся…. Так, а это что у нас? — он двумя пальцами поднял за ремешок лакированную сумочку, — смотри, Игорян, бабская сумка, пустая. Нет, погоди, помада, — Колюня отвинтил колпачок, — приличного бежевого цвета. Документов нет, — Ряшенцев достал что-то еще, — платочек, — развернул, — не поверишь, чистый. Пиши дальше, на полу пустая пачка из-под сигарет…. Не пойму, на иностранном написано и девушка танцующая нарисована. В отделе прочитаем. Ну, а в остальном — полный кирдык, — Колюня еще раз огляделся, — причем абсолютный. Ну что, ребята, вызываем экспертов?

— А оно тебе надо? — Игорь недовольно скривился, — угон уже зафиксировали. Может, это доброжелатели Бажаева провели устрашающую акцию?

— Точно, операцию «Буря в стакане»! — заржал Гриша.

— Так, вроде кровь, — Ряшенцев закурил.

— Ну, кровь, царапнули кого-то по глупости, а то и сами себя. Трупов нет, а если и есть где- то, то, надеюсь, не на нашей территории, — Игорь смотал сантиметр и положил его в карман, — и кто-то, думаю, не хочет, чтобы мы их нашли. Понимаешь?

— Понимаю, — Ряшенцев присел на пенек и заскучал в ожидании Михалыча.