Читаем Кривич полностью

Он поднялся на ноги, при этом отметил, что незнакомец выше и шире в плечах, чем он, хотя он тоже был выше среднего роста. Мужчина указал на светившиеся бледным мерцающим светом высокие ворота, непонятно кем поставленные прямо на поляне, в царстве лесной зелени. В самом воротном проеме серыми клубами крутился туман, беспросветно плотный и густой. Ему показалось, что через такую толщу тумана невозможно протиснуться, но незнакомец думал иначе.

— Не дрейфь. Здесь всего десять шагов и ты в своем времени. Ну, чего же ты? Или веры в своего покровителя Велеса не стало? Верь мне и иди смело!

А-а-а! Была, не была! Чего он теряет? Не глядя под ноги, по высокой траве ринулся к воротам, бросился как в омут в прохладную влажную вязкую пелену. Пересек ее, ничего не видя перед собой, и выскочил под яркое солнце, казалось другого мира. Лес отсутствовал. Перед ним были хорошо знакомые очертания далекого городка, чуть левее конус крыши старинной церквушки времен Иоанна Грозного, в небольшой деревушке. Осталось лишь пересечь до боли знакомое поле, и перепрыгнуть бетонный забор.

Вот оно! Прощай надоевшее средневековье с нетронутыми «цивилизацией» просторами, с его кочевниками и богами, с его волхвами, князьями и знахарями, таившимися в медвежьих углах!

Он побежал по давно никем не паханой стерне. Все ближе и ближе бетон высокого забора. Остановился только на миг, перевел дух от быстрого бега, затем привычно в три прыжка оттолкнувшись от полотна забора, уцепившись за его кромку, подтянулся и перескочил внутрь. Молодое тренированное тело совсем не ощущало перепадов нагрузок.

Вот и ГОК — Гарнизонный Офицерский Клуб. Его двухэтажная, неэстетичная коробка — детище соцреализма, возвышается перед ним. Скорым шагом пошел по раздолбанным дорожкам к дому, минуя хрущебы жилых домов, МИГарь на постаменте, школу. Люди, попадавшиеся ему на пути, словно тени проплывали мимо, совсем не замечая человека одетого в одежду средневековой эпохи, и он, почти бежал, не распыляясь на них своим вниманием.

Где его общага? Вместо привычной двухэтажки перед КПП, стояло непонятное по своему назначению сооружение, причем почему-то, чтоб добраться до него, нужно было преодолеть ров, наполненный мутной, покрытой зеленью ряски водой. Что за хня? Как это? Ступор и смятение чувств, придавили ступни ног к асфальту тротуара, веригами легли на плечи.

— Что-то не так, витязь?

Оглянулся на скрипучий старческий голос. Опрятно одетая старушка, молодыми зелеными глазами смотрела ему в лицо. Улыбка на губах собрала добрые морщинки на старческом лице.

— О-о! Да, ты, хлопчик обеспамятел! Совсем не помнишь старую Властимиру.

— Тут дом стоял, — непонимающе хлопая глазами, произнес он. — Я в нем жил.

— Да, знаю я. Ежели ты в это место попал, значит борьба идет за тебя. И ты столбом не стой, борись. Вон, видишь мосток, пройдешь по нему через воду. Тебе туда нужно.

Старуха махнула рукой в сторону сооружения.

— Иди.

Глянув в сторону бабкиной подсказки, отвлекся, а когда решил задать беспокоивший его вопрос, понял, что стоит в одиночестве перед мутной жижей рва. Нужно идти, стоять и ждать у моря погоды бессмысленно.

Преодолев мостик, очутился перед входом в короб из стекла и бетона. Войдя в дверной проем, шагнул в освещенный тусклым светом лифт. Двери автоматически захлопнулись, никакой панели управления с кнопками на стене не было, но лифтовая камера, стронувшись с места, натужно подняла его вверх, по ощущениям, на третий этаж. Двери открылись. Ожидая чего угодно, он выглянул наружу. И вправо и влево по широкому коридору — никого. Что он здесь делает? Чего ищет? Эти вопросы подспудно вертелись в голове. Куда? Вправо, влево?

Выпустив клиента, лифт производя характерный для подъемного механизма шум, самостоятельно ушел вниз. Он, определившись с дилеммой, пошел направо. Уже шагая по длинному, казалось бесконечному коридору, слышал монотонную музыку, прочно угнездившуюся в ушах, своим звучанием вытягивавшую все жилы, манипулируя по вдруг оголившимся нервам. Ни дать, ни взять, один к одному с пиликаньем музыкальной шкатулки из фильма «Ошибка резидента». Интересно, кто же это так постарался? Видневшаяся вдалеке дверь не приблизилась и на метр. Так можно идти к ней и час, и сутки и месяц.

Словно кто-то подслушав мысли, со следующим шагом приблизил дверь к самому носу. Чуть не воткнулся, Буратино недоделанный! Что же это за шутник решил поиграть с ним в такие игры? Дернул дверную ручку вниз, чуть навалился на саму дверь. Фигушки! Заперто. Постоял, подумал. Провел ладонью по поверхности дверного полотна. И дверь, и замок в ней казались хлипкими. Отступил на пару шагов.

— Г-г н-на-а!

С силой впечатал ступней в область врезного замка.

— А-а-а-а!