Читаем Кривич полностью

На поверхность попал к заходу солнца, его последние лучи золотили кромку стен внутри покоцаной временем крепости. Аккуратно выглянул из своего укрытия наружу во внутренний двор, заметил табунок оседланных лошадей. Не много, десятка три, и примерно столько же кочевников, ютившихся под навесом. Ясно. Группа быстрого реагирования. Из подвала сунулся, прошмыгнул в проем стены, поднялся по ступеням наверх, ползком добрался до места, с которого можно было обозреть внутренности замкового комплекса. В общем-то, все предсказуемо. Развалы строений и кучи мусора. На верхней площадке надворотной башни, вернее того, что от нее осталось, уткнувшись в россыпь блоков и щебня, «загорали» с десяток печенегов, разложив рядом с собой колчаны со стрелами и луки. Видно, что устали от безделья, разомлели на жарком солнышке, скорее всего, из последних сил дожидались смену.

Мозг выдал очередную порцию информации по цитадели. Нередко в замках строились двойные стены — высокая внешняя и небольшая внутренняя. Между ними возникало пустое место, получившее немецкое название «цвингер». Нападавшие, преодолевая внешнюю стену, не могли взять с собой дополнительные штурмовые приспособления, громоздкие лестницы, шесты и прочие вещи, которые нельзя перенести внутрь крепости. Оказавшись в цвингере перед еще одной стеной, они становились легкой мишенью для лучников, в стенах цвингера имелись небольшие бойницы. Второй стены в данном укреплении не имелось, но зато прекрасно сохранились верхние галереи, правда лишенные навесов и крыш. С внешней стороны стены от галерей остался прочный бруствер в половину человеческого роста, на котором были регулярно расположены каменные зубцы, часть из которых не пострадала от времени, ветров и дождей. Кучками, по двое-трое человек, степняки несли вахту на галереях. Вот угловые башни были разрушены почти до основания, открывая через груды строительного мусора пробелы наружу со двора, выказывая пейзаж внизу долины.

Из дверного проема центральной башни, более-менее сохраненной временем, появился совсем молоденький, безбородый «павлин» в расшитом халате, опоясанный не дешевым оружием, за ним маленькая свита, человек пять окольчуженных воинов, все как один отмечены шрамами на лицах, с сединой в усах и бороде. Достойные противники! Отдельной строкой в коллективе аксакалов, рваной походкой пьяного пеликана, вышагивал неряшливый полустарок с нашитыми на одежду бубенцами, опиравшийся рукой на клюку. Память услужливо подсказала — шут. Одна-ако!

Павлин притормозил напротив навеса, заставив подняться на ноги «группу быстрого реагирования». На своем тарабарском наречии выдал тираду на повышенных тонах, иногда оглядываясь на саксаулов, или вполоборота поворачиваясь к ним. Песец, и этого ожидание достало, нарушил маскировку тишины! Видно не ты здесь самый умный, не ты организатор засады. Самый главный — ты, а вот умом еще не разжился. Опа, чуть не спалился! Вся дежурная смена на галереях, отвлекшись на лидера, перестала обращать внимание на происходящее за стенами, хорошо, что смотрели вниз, а то он тут выпал из реальности, разлегся как на пляже — урод комнатный! Спасают его только наступившие сумерки. Прикинулся ветошью за валявшимся поблизости обломком блока.

На внутреннем дворе все пришло в движение. Вот и народ на постах сменился. Распаренные за день на солнце люди, спустившись со стен, расхаживали, разминая ноги. А, павлин-то, оставив на месте шута, и одного из свиты, с остальными продолжая нарушать маскировку, верхами ускакал прочь. Так, общая диспозиция ясна, чтоб не отсвечивать, наверное, пока нужно вернуться в коллектор.

Спустившись под землю в темноту прохлады, далеко от лаза уходить не стал. Поудобней примастырившись у стены в сухом месте, мысленно завел биологический будильник, прикрыл веки на глазах. В голову опять полезли мысли. Примерное расположение и численность постов сторожевого охранения он запомнил. По два человека выставленных в секреты и места этих секретов затвердил, как «Отче наш…», с них и придется начинать ночной скорбный труд. И если в сохранившемся окне центральной башни маячил степняк, периодически осматривая, что творится во внутреннем крепостном дворе, выполнял роль наблюдателя, то до назначения ночного патруля по территории, печенеги еще не доросли, да, честно сказать, и не они одни.

Тук-тук-тук! С определенной периодичностью скапывала где-то в темноте капель конденсата. Тик-тик-тик! Отщелкивали время биологические часы. Не пора ли на выход? Кажется пора.

Нападение из засады должно быть бесшумным, и такое нападение обычно осуществляется против малочисленной группы противника, обычно не более трех человек, когда требуется избежать шума и привлечения внимания остальных сил в любой момент ожидающего нападения врага. Для всего этого, необходимы решительность, хорошая подготовка, и наличие бесшумного оружия. Без решительности куда деться, подготовка, судя по прошлым его художествам, имелась, а оружие бесшумное — вот оно, рукоятью удобно легло в ладонь.