Читаем Критерии отпущения грехов полностью

Должно ли это было заставить её чувствовать себя лучше, почувствовать гордость или чувство выполненного долга? Может быть, это облегчило бы её совесть? Во всяком случае, это производит противоположный эффект. Это были не солдаты чужой армии. Это были сидящие на социальном пособии крысы, без доспехов и в основном с древним оружием. Возможно, они оказались победителями, потому что их было тысяча против четырёх отделений, но они дорого заплатили за свою победу, если бы остальная часть роты убила столько же, сколько Джексон. В следующий раз, когда ТА пойдёт туда, их будет больше, и они будут гораздо более решительны, потому что теперь они знают, что могут победить. Они почти получили десантный корабль с полным арсеналом и загруженными подвесками. У Джексон нет сомнений, что они попытаются ещё раз. Она бы так и сделала.

Нет, на это нельзя смотреть иначе, как на катастрофу. Возвращение в то место уже никогда не будет прежним. С таким же успехом это могла быть и другая страна.

Джексон знает, что если она расскажет об этом офицеру Разведки, то это ничего не изменит. Похоже, что все штабные офицеры живут в другой реальности, со своим языком, обычаями и законами физики. Какая, к чёрту, разница, что она убила сорок три из этих жрущих дерьмо, свирепых канализационных крыс? Их там ещё миллионы.

Ровно через неделю после Детройта, командир роты вызывает Джексон к себе в кабинет.

— На данный момент ты самая старшая по званию в своём подразделении, — говорит ей капитан Лопес, когда она садится в предложенное им кресло.

— Да, сэр, — отвечает она. — Сержант Феллон ещё не вернулась из Великих Озёр.

— И не вернётся, по крайней мере, какое-то время. В любом случае, у меня приказ отправить людей на похороны. Я посылаю лейтенанта Уивинга на похороны рядового первого класса Патерсона. Я еду на похороны Стреттона. Я хочу, чтобы вы сопровождали меня, как представитель его отделения. Пошлите с лейтенантом ещё одного рядового. На ваш выбор.

— Да, сэр, — говорит она. Военные, вероятно, уже забрали все деньги со счетов Стреттона и Патерсона. Их семьи не увидят ни пенни из тех денег, что они заработали, пока носили форму. Если ты умрёшь до конца срока, всё вернётся правительству. Не то чтобы они были чем-то большим, чем число в какой-то базе данных. Так зачем им вообще тратить деньги на отправку похоронных делегаций? Для Джексон это не имеет никакого смысла. Но она всего лишь капрал, а капитан Лопес — командир роты, поэтому она отдаёт честь и подчиняется.

В старые времена мёртвых солдат отправляли домой в гробах, больших корытах из металла и дерева, достаточно больших, чтобы вместить тело. На трупы надевали безупречную униформу со всеми лентами и украшениями, даже если никто никогда не открывал гроб до похорон. Такое расточительство — хоронить хорошую форму вместе с мёртвым солдатом — кажется Джексон неприличным. Не говоря уже о том, чтобы похоронить тело целиком, выделяя десятки квадратных футов драгоценной нетронутой земли для вечного хранения трупа, даже после того, как тело и гроб давно распались.

В эти дни кремационные печи в моргах превращают тело всего лишь в несколько кубических дюймов мелкого пепла и упаковывают его в цилиндр из нержавейки, достаточно маленький, чтобы он поместился в подсумок для магазина. На цилиндре Стреттона выгравированы его имя, звание, род войск, и даты рождения и смерти. Капитан Лопес несёт маленькую капсулу руками в белых перчатках, когда они вместе садятся в шаттл на следующее утро. Джексон несёт флаг, который они передадут ближайшим родственникам Стреттона. Он сложен в плотный треугольник, со звездой САС, кленовым листом, и орлом точно в центре. Она также несёт небольшой, обитый изнутри мягкой тканью футляр со всеми наградами Стреттона, которых не так уж и много. Он только начинал свой второй год службы. Семья отправила сына в Базовый Лагерь чуть больше года назад, и теперь они получат обратно маленькую капсулу, полную пепла, и несколько кусочков сплава и матерчатой ленты, стоимостью около двадцати долларов в общей сложности.

Капралу Джексон всё это не нравится. Жёсткая парадная униформа, которую она одевает всего несколько раз в год, колючая и пахнет пылью из шкафчиков. Сиденья шаттла неудобны, и ей не нравится мысль о часовом полёте наедине с командиром роты. Но она считает, что обязана Стреттону хотя бы этим неудобством. Она знает, что ему хотелось бы поиздеваться над ней в этой обезьяньей парадной униформе, но он боялся её ровно настолько, чтобы не осмелиться.