Читаем Криптвоюматика 2.0 полностью

Ещё раз вспомним красавчика Павла Дурова, который собирается подмять под себя все мировые криптоплатежи путём заманивания всех в Телеграм и предоставления новых, невиданных доселе криптоудобств. Ну, флаг ему в руки, будем следить и радоваться.

Многих терзает вопрос: увидим ли мы закат фиатных денег на нашем веку? Этой проблемой задались стратеги Дойче Банка[52] — солидные люди с огромным умищем. Пишут, что существующая денежная система дожила до наших дней лишь из–за дефляционного давления 1980‑х годов. Грубо говоря, со временем люди могли купить больше товаров на ту же сумму, потому что технологии массового производства постоянно совершенствовались. Сейчас эта тенденция развернулась (в моде кастомизация) и мы находимся в центре инфляционной спирали. А центробанки, которые 35 лет спокойно сидели в условиях падения инфляции, не смогут её сдержать ростом ставок.

Дело в том, что за последние 10-15 лет американский (и вообще мировой) госдолг достиг космических значений. Поэтому сейчас основной приоритет центробанков — низкие ключевые ставки для хотя бы номинального роста экономики. Дошло до того, что некоторые европейские страны опустили ставки ниже нуля, лишь бы банки лили деньги в экономику — вообще дичь. Таргетированием инфляции при этом занимается только Набиуллина, такой уж у неё приказ. Вместе с тем, общемировая система фиатных денег, которая возникла в 1971-1976 годах (на замену бреттон–вудской[53]), серьёзно приболела. Как бы независимые центробанки занимаются балансированием сальдо внешнеторгового баланса курсами валют, а Федрезерв ещё и о–о–очень быстро печатает доллары: цены на акции, антиквариат и элитную недвижимость бьют все рекорды.

Криптовалюты как раз могут неплохо вписаться в дивный новый мир. Текущая система опирается на центральные органы и веру народов в мудрость правительства (ну, кроме Венесуэлы). Если государство теряет контроль над инфляцией, то монетарная политика страны летит в ад, как и её влияние на мировую экономику. А у крипты правительств нет, и процесс её производства и распределения абсолютно прозрачен — её нельзя напечатать внезапно и незаметно.

Популизм и левачество набирают силу по всему миру, и правительствам приходится всё больше брать в долг, чтобы прокормить простых работяг. Многие страны уже рассматривают безусловный доход (что идеологически прекрасно, но практически реализовать очень трудно) каждому жителю, а это приведёт к ещё большей инфляции и повсеместному росту госдолга. И вопрос, который следует задать банкирам: выживут ли фиатные валюты в этой ситуации?

На Coindesk совсем недавно (в январе 2018) вышел материал[54], где один видный программер сравнивает идеи Сатоши Накамото и марксизм. Там, как выясняется, много общего.

Во–первых, ответ на окружающую среду и ситуацию. Маркс боялся, что индустриализация приведёт к повальному обеднению рабочих. Забавно, что сейчас люди побаиваются роботизации — по той же причине. Биткоин — тоже продукт своего времени. После кризиса 2008 года некоторые стали задумываться, а так ли хорошо устроена мировая финансовая система. Сатоши Накамото тоже задумался — а не избавиться ли от центрального регулирования?

Маркс хотел, чтобы рабочий контролировал средства производства (и мы даже знаем фамилию этого “рабочего”, до сих пор всё памятниками уставлено, сука). Частная собственность будет заменена коммунальной и государство увянет — так говаривал Фридрих Энгельс, частый соавтор Маркса. Карла! Но в Советском Союзе ничего не увяло, а даже и наоборот, произошла какая–то жуть и трансформация в репрессивную кровавую диктатуру. Только не пролетариата, а товарища Сталина.

Сатоши хотел убрать финансовых посредников — банки и операторов кредитных карт. Вместо них — сеть peer–to–peer (участник–к–участнику), где никто не может диктовать свои правила и влиять на сделки. Но его замечательная идея воплотилась несколько иначе, чем он задумывал. В своей статье Накамото пишет, что “полностью электронная версия денег позволит людям платить друг другу напрямую, минуя все финансовые институты”.

Но это не то, для чего биткоин используется сейчас. Создатель не смог предвидеть громоздкость структуры, которую трудно масштабировать на миллиарды (и даже миллионы) операций. Комиссии на покупку и продажу битков просто конские, а сделки проходят чрезвычайно медленно. В итоге биткоин так и не стал средством платежа (за него нельзя купить печеньки!), а больше стал похож на цифровое золото, в котором люди хранят сбережения. Сатоши говорил совсем не об этом.

Ну, у Маркса тоже было плоховато с прогнозированием.