Читаем Крик души полностью

— Вполне себе обычный, — пожала Даша плечами. — А что не разговаривает, так все телохранители такие.

Леся покачала головой, задумчиво прищурилась и выдала:

— Что-то с ним не так. И я выясню что, вот увидишь.

Даша закатила глаза.

— Леся! Я тебя умоляю, давай только без глупостей.

— Без глупостей, конечно, — согласилась та, качнув головой и двинувшись к двери.

Но Даша заметила блеснувшие в ее темно-синих глазах бесовские искорки.

— Лучше расскажи, что там у тебя произошло? — остановив Дашу уже в холле, спросила Леся. — Этот козел объявился, так? И что говорит? Как он свой поступок объясняет-то?!

Даша, низко опустив голову, угрюмо пробормотала:

— Ничего он не говорит и ничего не объясняет, — и, бросив быстрый взгляд на свое отражение в зеркале, поспешила к лестнице, ведущей на второй этаж. — Просто приехал…

— Явился, не запылился! — поддакнула Леся, следуя за подругой.

— Он сказал, что сам станет выполнять условия завещания, сам станет за мной следить и… — поморщилась, — воспитывать.

— Ничего себе!? — присвистнула Леся от удивления и, поджав губы, возмущенно высказалась: — Приплыли, называется. А кто же его четыре года назад держал от этого благородного поступка?! Когда эта… стерва…

— Леся, — мягко перебила ее Даша, тронув за руку, — не нужно. Она уже в могиле, зачем же о ней плохо?..

— А потому что она заслужила! — отрезала Леся, откидывая на плечи пепельного цвета волосы. — Скажешь, нет?! — но Даша промолчала. — А что ты этому сказала… «благодетелю» своему? Конечно, заявила, что тебе от него помощь не требуется, да?

— Я сказала, что он всё равно сбежит. И я уверена в этом, даже несмотря на то, что… — Даша запнулась, опустив взгляд, посмотрела на свои изношенные сапожки, и пробормотала: — Мне кажется, он изменился.

— Изменился? — нахмурилась Леся.

— Да… Я не знаю, как объяснить. Просто он… стал старше, мудрее, наверное, опытнее, — девушка задумчиво бросила взгляд в окно. — И еще… какой-то он холодный, словно бы… бездушный.

— У него и так нет души! — бросила Леся. — Разве оставил бы он тебя на эту грымзу, будь у него сердце?!

— Я не об этом, — медленно протянула Даша, разглядывая серость млечного утра. — Он словно бы… пустой, понимаешь? Ничего в нем не осталось. Только презрение ко мне, обида какая-то и злость, — Даша покачала головой. — Мне кажется, что он согласился на всё это лишь потому, что у него выбора не было. Я ему вызов бросила, и он его принял. А еще он на меня так смотрел утром, странно, — Даша передернула плечами. — Мне не по себе от его взглядов, неуютно как-то и неприятно. Словно он меня оценивает. Как и раньше.

Леся подошла к ней и мягко тронула за плечо.

— Знаешь, тебе не об этом нужно думать, — сказала она тихо, отвлекая подругу от созерцания школьного дворика. — А о том, что он сделал. И чего не сделал тоже. О том, что бросил тебя, оставил в руках этой… Маргариты Львовны, уехал за тридевять земель и ни разу о тебе не вспомнил! — немного помедлив, она добавила: — Ты лучше о Паше подумай. Вот кто был с тобой все эти годы. Вот кто кинулся к тебе, едва ты позвала, едва ты намекнула на то, что тебе плохо! Он, а не этот… Вересов, протянул тебе руку помощи. И только он достоин того, чтобы ты о нем думала и говорила.

Даша мягко улыбнулась, глаза ее мгновенно посветлели.

— Паша… — протянула она. — Он друг. Он такой добрый друг для меня. Самый лучший!

Леся коротко кивнула, взирая на нее с явным недоумением, а потом подтвердила:

— Ну да, ну да. А что с Вересовым делать будешь? Как вы с ним уживаться будете?

Девушка резко повернулась к ней, нахмурилась.

— Понятия не имею. Но точно знаю, что надолго он в моей жизни не задержится! — с уверенностью заявила Даша. — Сбежит. Сбросит меня на кого-нибудь еще. Но оно и к лучшему, я не хочу его больше видеть.

Леся, стиснув ее руку, притянула девушку к себе, обнимая, и зашептала на ухо:

— Всё будет хорошо, Дашуль, — поцеловала ее в щеку. — Всё будет хорошо, вот увидишь. Ты заслужила это больше, чем кто бы то ни было!

Даша лишь коротко кивнула, ничего не ответив. Она очень хотела в это верить. В то, что всё в ее жизни когда-нибудь будет хорошо. Но не было… Вот уже четыре долгих, мучительных года, — не было.

И она сомневалась, что с приходом Антона что-либо изменится в лучшую сторону.

Паша обещал встретить ее после школы. Он волновался за нее, переживал, всё порывался приехать к ней и лично проверить, всё ли в порядке, но Даше удалось убедить его, что ничего не произошло. Тогда он взял с нее разрешение приехать к ней, чтобы встретить после школы, и Даша согласилась.

Ей отчаянно хотелось поговорить с ним. Не повесить на него все свои проблемы, нет, она никогда так не поступала, но именно поговорить, почувствовать вновь дружеское плечо, которое она в нем ощущала.