Читаем Кричащая лестница полностью

Но сейчас я вспоминала другое лицо – безглазое, покрытое сморщившимися лоскутами кожи, густо опутанной паутиной. Втиснутое между кирпичами дымохода. И мне стало очень грустно.

– Да, – сказала я. – Это она.

– Грандиозно, – только и произнес Джордж.

– Там написано, что полиция обыскала дом, – пробормотала я. – Не слишком-то старательно они это сделали.

Мы стояли с Джорджем возле стола и смотрели на фотографию и номер газеты полувековой давности.

– Тот, кто ее спрятал, хорошо постарался, – сказал наконец Джордж. – К тому же это случилось до возникновения Проблемы, об этом тоже нельзя забывать. Само собой разумеется, что полиция не прибегла к услугам экстрасенсов.

– Но почему тогда этот призрак не появился в доме с самого начала? Почему такой огромный разрыв во времени?

– Возможно, все это время возле Источника было слишком много железа. Чтобы блокировать его, могло хватить просто одной массивной железной кровати. Если Хоуп делал перестановку, менял мебель, он мог вновь разблокировать Источник.

– Он действительно сделал там перестановку, – сказала я. – Превратил эту спальню в свой кабинет.

– Ну, сейчас это уже не имеет никакого значения, – Джордж снял очки и принялся протирать их краем выбившейся из джинсов рубашки.

– Прости, Джордж. Ты прав. Мы должны были дождаться тебя.

– А я должен был броситься вдогонку за вами. Но подумал о том, как трудно сейчас поймать ночное такси…

– Я наговорила тебе грубостей, словно с цепи сорвалась. Но это только потому, что я очень тревожусь за Локвуда. И хочу надеяться, что с ним все обойдется.

– Обойдется. Я тоже не сдержался, накричал на тебя. Пнул ту чертову тыкву. Я разбил ее, да?

– Да ладно, он даже не заметит. Просто положи ее назад на полку.

– Ага, – Джордж вернул на нос очки и посмотрел на меня. – Мне жаль, что ты повредила руку.

Наверное, мы с Джорджем могли бы и дальше обмениваться любезностями и извинениями, но меня отвлекло появившееся в банке с призраком лицо. Оно изображало карикатурное отвращение.

– Скажи, эта штука может слышать нас?

– Только не через серебряное стекло. А теперь пойдем наверх. Я приготовлю тебе что-нибудь поесть.

– Сначала помой посуду, – сказала я, поднимаясь по железной лестнице. – А я пока приведу себя в порядок.

Я оказалась права в своих расчетах – успела вымыться, переодеться и снова спуститься вниз раньше, чем Джордж начал накладывать в чистую тарелку яичницу с беконом. Едва я пристроила свою вывихнутую руку на столе и нетерпеливо потянулась к солонке, как у входной двери вновь зазвенел колокольчик.

Мы с Джорджем переглянулись и дружно рванули к двери.

На пороге стоял Локвуд.

Его пальто обгорело и было разодрано в клочья, воротничок рубашки оторван. Лицо покрыто царапинами. И без того худые щеки ввалились, глаза лихорадочно блестели. Он был похож на тяжело больного, зачем-то поднявшегося с постели. Я боялась увидеть Локвуда опухшим от прикосновения призрака, но он был таким же худым, как всегда. Даже еще более тощим. Когда Локвуд медленно вошел в холл и оказался на свету, я увидела на его левой руке белую марлевую повязку.

– Привет, Джордж, – дрожащим голосом сказал Локвуд. – Привет, Люси.

Он покачнулся, казалось, вот-вот упадет. Мы с Джорджем бросились к нему, подхватили его с обеих сторон, и Локвуд поблагодарил нас улыбкой.

– Как хорошо вновь оказаться дома, – сказал он и тут же добавил: – Эй, а что случилось с моей тыквой?

Несмотря на то что по жилам Локвуда все еще бежал лютый холод от прикосновения призрака, несмотря на другие раны и усталость после допроса в Скотланд-Ярде, на следующий день он держался бодрячком. Он проспал (как и я) почти до полудня, с неохотой позавтракал – скорее просто поковырялся в картофельной запеканке с фасолью, которую приготовил Джордж. Он медленно двигался, с трудом говорил – и то и другое было для Локвуда очень необычно. После позднего завтрака он перешел в гостиную, уселся, обложив поврежденную руку бутылками с горячей водой, и бездумно уставился в окно.

Мы с Джорджем пристроились рядом и просидели так в молчании почти до вечера. Я читала дешевый детективный роман. Джордж экспериментировал с сидящим в банке призраком, посылая сквозь стекло слабые электрические разряды.

То ли в знак протеста, то ли по какой-то другой причине реагировать на них призрак отказывался.

Около четырех часов, когда солнце уже начало клониться к горизонту, Локвуд посмотрел на нас и неожиданно попросил принести наш рабочий журнал. Это были первые слова, которые он сказал за несколько часов.

– Что у нас там намечается, Джордж? – спросил Локвуд, когда Джордж принес гроссбух в черном переплете. – Какие еще дела мы не завершили?

Джордж полистал последние страницы.