Читаем Кричащая лестница полностью

Но в ту ночь, когда мы вернулись с этого расследования к себе на Портленд Роу, я не могла успокоиться. Похвала Локвуда не давала мне покоя, его слова торжественным эхом продолжали раздаваться у меня в ушах. Я была слишком возбуждена, чтобы лечь спать, поэтому, приготовив себе на кухне бутерброд, я поднялась в библиотеку, внимательно осмотреть которую у меня до сих пор не было времени.

Стены библиотеки были обшиты темными дубовыми панелями. Окна закрыты тяжелыми портьерами, черные полки на стенах ломились от томов в твердых переплетах. Камин, над ним картина маслом – три спелые зеленые груши. На столах шарнирные, напоминающие цапель лампы. Свет одной из ламп освещал фигуру Локвуда, уютно устроившегося в мягком кресле, элегантно свесив с подлокотника свои длинные худые ноги.

На его лоб красиво спадал непослушный локон. Локвуд читал журнал.

Я остановилась возле двери.

– А, мисс Карлайл, – Локвуд вскочил с кресла и приветливо улыбнулся. – Прошу вас, проходите. Садитесь где захотите, кроме, разве что вон того коричневого кресла в углу. Это кресло Джорджа, а он, извините, имеет привычку сидеть в нем в одних трусах. Надеюсь, с вашим появлением у нас он избавится от этой привычки. Не беспокойтесь, сейчас он не придет, он уже отправился спать.

Я села в кожаное кресло напротив Локвуда. Оно было мягким и удобным, смущал лишь засохший огрызок яблока, аккуратно положенный на один из подлокотников. Локвуд, подошедший, чтобы включить свет у меня за головой, ловко подхватил огрызок и без каких-либо комментариев бросил его в мусорную корзинку. Затем вернулся в свое кресло, положил на колени свой журнал и сложил поверх него руки.

Мы улыбнулись друг другу, и тут я неожиданно подумала, что мы с ним, по сути, почти не знакомы. Несмотря на все собеседования, несмотря на то, что мы уже вместе принимали участие в расследовании, я просто не знала, что сказать.

– Я видела, как Джордж спускался вниз, – неуверенно начала я. – Он показался мне слегка… странным.

– С ним все в порядке, – небрежно махнул рукой Локвуд. – Просто на него иногда накатывает такое настроение.

Мы снова замолчали. В тишине громко раздавалось тиканье каминных часов.

– Итак, мисс Карлайл? – кашлянув, сказал Локвуд.

– Зовите меня просто Люси, – попросила я. – Так короче, проще и по-дружески. Поскольку мы собираемся работать вместе… и живем под одной крышей.

– Да, конечно. Вы правы… – он взглянул на свой журнал, затем снова на меня. – Итак… Люси, – здесь мы оба неловко рассмеялись, – как вам этот дом?

– Очень нравится. У меня прелестная комната.

– А ванная… Она вам не кажется слишком тесной?

– Нет, все замечательно. Очень уютная ванная.

– Уютная? Отлично, я очень рад.

– А как мне вас называть? – спросила я. – Я заметила, что Джордж называет вас «Локвуд».

– Я охотно отзываюсь на это имя.

– А кто-нибудь называет вас «Энтони»?

– Так звала меня моя мама. И отец.

Мы снова помолчали.

– А «Тони»? – спросила я. – Вас когда-нибудь называли «Тони»?

– Тони? Знаете что, мисс Кар… простите – Люси. Вы можете называть меня как вам нравится – Локвуд или Энтони. Только, пожалуйста, не Тони и не Энт. А если вы меня назовете Большим Э, боюсь, я выброшу вас за это из окна.

Опять повисло молчание.

– А что, вас кто-нибудь когда-нибудь действительно называл Большим Э? – спросила я.

– Моя первая помощница. Она у нас недолго задержалась, – он улыбнулся.

Я улыбнулась в ответ, слушая, как тикают часы. Этот звук казался мне невыносимо громким.

Наверное, сейчас мне лучше подняться и уйти наверх, в свою комнату.

– Что вы читаете? – спросила я.

Он протянул мне журнал. На его обложке красовалась выходящая из черного автомобиля блондинка. Ее зубы сверкали ярче призрак-лампы. К отвороту ее платья была приколота большая веточка лаванды, окна автомобиля укреплены железными решетками.

– «Лондонское ревю», – сказал Локвуд. – Редкостная дрянь. Но из него можно узнать о том, что происходит в городе.

– И что же в нем происходит?

– В основном вечера и приемы, – он быстро пролистал страницы. У меня перед глазами замелькали бесчисленные глянцевые фотографии элегантно одетых мужчин и женщин, позирующих на фоне битком набитых людьми залов. – Вы думаете, появившаяся Проблема заставила людей задуматься о своей бессмертной душе? – сказал Локвуд. – Нет, совсем напротив, если говорить о богачах. Они наряжаются, собираются, танцуют ночи напролет в каком-нибудь тщательно опечатанном отеле, и их очень возбуждает, что где-то поблизости в это время бродят Гости…. Вот этот прием был устроен на прошлой неделе ДЕПИК – Департаментом парапсихологических исследований и контроля. Там присутствовали главы всех наиболее значительных агентств.

– О, – сказала я, просматривая фотографии. – А вас приглашали? Здесь есть ваша фотография?

– Нет, – пожал плечами Локвуд. – Меня там не было.

Я перелистнула еще несколько страниц.

– Значит, когда вы писали в своем объявлении, что «Локвуд» – хорошо известное агентство, вы слегка приврали, так?

Шелестели страницы, тикали часы.