Читаем Крест и король полностью

Мальчики, взявшись за руки, осторожно вступили в отблески пламени. Одному было шесть, другому – четыре, дети Нитхада и его второй жены, чародейки, оба гораздо младше их единокровной сестры Ботвильды, которая тоже иногда приходила поглазеть на него украдкой. Это были отличные ребята, скромные, но дружелюбные, не испорченные еще жадностью своего отца и коварством матери. Один из них вчера дал Вёлунду яблоко, оставшееся от обеда.

Вёлунд поманил их, открыл сундук, удерживая одной рукой его тяжелую крышку. Он был достаточно осторожен, чтобы держать ее не за край, а за ручку. Много оторванных от сна часов он провел, приваривая на край крышки лезвие, острейшее лезвие из сделанных им за всю жизнь. Это были хорошие дети, и он не хотел, чтобы им было больно.

– Зайдите, взгляните, – снова позвал он. Они завороженно уставились, от возбуждения попискивая как мыши. Их шеи склонились под край крышки. Вёлунд, при всей своей жестокости, отвел глаза, прежде чем захлопнуть крышку…

«Я не хочу быть в его теле, – подумал Шеф, – сопротивляясь пальцам бога, который держал его за загривок, заставляя смотреть. – Чему бы это меня ни учило, я не хочу этого знать».

Неведомым способом ему удалось вывернуться, и появилось новое видение, далеко-далеко от кузницы, где-то в глубоких скалистых недрах, не в Средиземье, а около стен, окружающих все Девять Миров людей, богов и гигантов. Великан со свирепым лицом, чудовищными цепями прикованный к основанию вселенной. Огромный змей шипит и плюет ядом ему в лицо, лицо, искаженное мукой, с мыслящими и превозмогающими боль глазами.

Это прикованный бог Локи, понял Шеф, Локи, которого, как верили жрецы Пути, наказал и заковал в цепи его отец Один за то, что он убил своего брата Бальдра. Тот, кто вырвется на свободу, и в Последний День вернется со своим чудовищным потомством, чтобы отомстить богам и людям. Огромный крюк, удерживающий одну из оков на запястье, увидел Шеф, почти вырван из стены. Когда он выскочит, у Локи будет свободна одна рука и он сможет схватить змея, посланного его отцом Одином. Кажется, он уже достаточно высвободился, чтобы подавать знаки своим союзникам, чудовищному отродью в лесах и морских глубинах. На мгновенье его свирепый глаз уставился из темницы вверх, на Шефа.

Оторвавшись от этого видения, Шеф снова почувствовал отзвуки мыслей Вёлунда.