Читаем Крест полностью

— Я помню тот ужин, — сказал Хокон Бюлль. — Это было у нас дома в Виндере. Мы и сейчас там живем. Тебе было не больше трех-четырех лет. Ты медленно, сложив руки за спиной, обходил дом, словно взрослый господин.

Ни одной комнаты не пропустил. Твой отец сказал тогда, что ты всегда так делаешь и не успокоишься, пока не изучишь все помещения.

— Хм, — ответил Фредрик.

Он пригласил старого боевого товарища отца по Вьетнаму, консультанта, который ввел полицейских в курс дела в Министерстве финансов, в одну из переговорных управления полиции. На подоконнике стоял засохший цветок, а на улице шел дождь.

— Я очень рад, что вы смогли так быстро приехать, — сказал Фредрик. — Мы обезопасили флешку, украденную из квартиры Хенри Фалька.

Бюлль выпрямил свое тучное тело.

— Неужели?

— Вам нечего бояться. Секретных планов по покупке самолетов-разведчиков для Обороны там не было.

Бюлль в изумлении нахмурил лоб.

— Не было? И вы уверены, что это та флешка?

— Она снабжена датчиком отслеживания, к которому вы подсоединили мой телефон. Передатчик был отключен. Поэтому пропал сигнал. — Фредрик вкратце прояснил все обстоятельства — что на флешке содержались документы о торговле оружием, а не о покупке самолетов.

— Ты меня очень удивил, — сказал Бюлль, проводя рукой по жидким волосам. — Датчик отслеживания был надежно скрыт.

Фредрик кивнул.

— Полагаю, что тот, кто украл флешку, знал, что ее можно отследить.

Бюлль скептически посмотрел на полицейского.

— Думаешь?

— Сигнал кончается примерно там, где мы нашли флешку. Недалеко от порта с контейнерами. Подозреваю, что нас повели туда, чтобы мы думали, что флешку увезли заграницу. — Бюлль хотел что-то сказать, но Фредрик не дал ему себя перебить.

— Моя гипотеза такова: тот, кто украл флешку, уже знал о ее содержании и украл ее не для того, чтобы раскрыть факты, а наоборот — чтобы скрыть. Фальк куда глубже других забрался в изучение незаконной продажи оружия. Даже его начальство об этом не знало. Как только исчезла флешка и Фальк, то… — Фредрик сделал многозначительную паузу. — Этот отчет о контрабандном оружии, — сказал он. — Власти помогали Фальку в работе над ним?

— Нет. Министерство обороны было в курсе, но не вовлекалось. Оценка была заданием от самого производителя. А что?

— Да просто интересно. — Фредрик придвинул стул к столу и доверительно наклонился вперед. — Я хотел у вас кое-что спросить. Личное.

Бюлль выжидающе посмотрел на него.

— В нашу последнюю встречу вы довольно резко отозвались о премьере Рибе. Как о политическом цинике.

Толстяк хохотнул.

— Это еще мягко сказано.

— Вы сказали, что думаете, что меня и мою коллегу использовали, чтобы новый министр финансов не смогла протестовать, когда ей сообщили об истребителях.

— И я по-прежнему так считаю.

— Вы думаете, Рибе или его помощник… могли они обмануть вас? Сфабриковать историю об украденной документации, чтобы инсценировать эту встречу? Чтобы надавить на министра финансов?

На лбу Хокона Бюлля проступила глубокая морщина.

— Думаю, для Рибе и его людей мало что остается святым, — наконец ответил он, откинувшись на спинку стула и сложив руки на животе. — Могу я задать вопрос тебе?

— Конечно.

— Действительно ли Франке Нуре причастен к краже флешки?

Фредрик удивленно посмотрел на него.

— А что?

— Я истолкую это как да, — оправдываясь, ответил Бюлль. — Твою же мать. Я знаю Франке. Мы вместе ходим на охоту. Франке, его сосед, Рогер, и я. Мы трое работали вместе в полиции. Сто лет назад. Но мы подружились и стали охотиться на зайца зимой и на лося осенью каждый год с тех пор. Вдруг я что-то ему сказал… чем он мог бы воспользоваться. Что могло навести бы его на какие-то мысли, — пробормотал он.

— А вы что-то сказали?

Бюлль продолжил бормотать.

— Не знаю. Знаешь, как бывает, когда выезжаешь с товарищами. Простая болтовня, обо всем и ни о чем. Как бы то ни было, это, мать ее, ужасная трагедия.

Фредрик проводил Бюлля до лифта. Толстяк шел, переваливаясь.

— Вы ведь знали моего отца, — сказал Фредрик. — Вы знаете, почему родители переехали в Норвегию?

Бюлль покосился на него.

— Нет… твоя мать ведь была норвежкой, наверно скучала по дому. А почему ты спросил?

Фредрик чуть замялся, не зная, сколько ему можно рассказать.

— Знаете, та журналистка, которую мы нашли в Маридалене. Бенедикте Штольц. Она спрашивала меня об отце. Интересовалась его работой.

— Ты думаешь, это как-то связано с убийствами?

— Этого я не знаю, — быстро ответил Фредрик. — Я ходил в американское посольство. Просил их дать мне почитать дело отца. Все, что мне предоставили — заявление о приеме на работу и справку об увольнении.

— Ну, после Вьетнама я встретился с твоим отцом уже когда начал работать в полиции. Однажды он просто позвонил мне. Полагаю, по старой памяти. Наши супруги нашли общий язык, а мы с ним стали закадычными друзьями. Но по работе мы никак не соприкасались. Если я правильно помню, Кен занимался размещением американской боевой техники на складах и в горных чертогах Норвегии. Транспорт, танки, оружие… на случай конфликта с СССР.