Читаем «Крещение огнем». Том II: «Борьба исполинов» полностью

Рейган: «Если мы согласны, что к концу 10-летнего периода ликвидируются все ядерные вооружения, мы можем передать эту договоренность нашим делегациям в Женеве с тем, чтобы они подготовили договор, который вы сможете подписать во время вашего визита в США…»

Однако после Рейган так и не согласился ограничить работы по «звездным войнам» стенами лабораторий, настаивая на праве Америки проводить испытания на околоземной орбите. Исходя из все того же принципа: если мы отказались от ЯО, то нужно защититься от возможного удара со стороны какого-нибудь Ирана.

Гриневский, вспоминая об этом, пишет: у наших буквально дыхание перехватило. Хрен с ней, с СОИ! Рейган согласился на договор о полном уничтожении всего ядерного арсенала!

На этом, собственно, переговоры в Рейкьявике и завершились.

Можно на миг представить себе тогдашний мир без ядерного оружия. В таком случае СССР мог смело начинать войну на завоевание Европы. Через пару недель мы овладевали ею, оставив за собой поля, усеянные разбитой военной техникой. США практически ничем нам помешать не могли. При этом мы могли бы стать в Европе гарнизонами, сохранив формальный суверенитет тамошних стран и не навязывая им своего общественного строя. В итоге капиталистическая Европа пахала бы на нас, помогая русским осваивать Сибирь. Евросоюз сложился бы под рукой Москвы.

Сказка! Но все разговоры о полном запрещении ядерного оружия в 1986-м — чистая утопия. К такому договору между США и СССР, даже если б Рейган с Горбачевым его и подписали, никогда не присоединились бы ни Великобритания, ни Франция, ни Китай, ни Израиль, ни Индия. Словом, тогдашние владельцы ядерных арсеналов.

Рейгана быстро поправили. Уже месяц спустя посол США в Советском Союзе сообщил горбачевскому министру иностранных дел: вы, мол, нас неправильно поняли. Речь идет лишь о сокращении до нуля ракет наземного и морского базирования за десять лет. И только потом можно браться за сокращение крылатых ракет с атомной начинкой и авиационных бомб. В Западной Европе «горбуха» Рейгана вызвала панику: европейцы панически боялись остаться беззащитными перед угрозой Русского медведя. Внутри самих Соединенных Штатов с требованиями не допустить договора о ликвидации всего ядерного вооружения поднялись видные политики и военные. Словом, утопическая идея оказалась похороненной.

Существенный момент, читатель: различие американской и позднесоветской систем. Рейган мог допускать идиотские ошибки, грозившие США крушением, но американская система его останавливала и корректировала, блокируя явный маразм президента-актера. Ведь помимо государства с его бюрократией США имеют негосударственную Закрытую сеть элиты (наследницу масонства). Сеть работает как коллективный разум. А вот Горбачев, возглавляя чисто бюрократическую, несетевую систему, мог творить самые невыгодные и убийственные для СССР-России вещи. Никаких механизмов защиты от предателя и дурака во главе государственной «пирамиды» в Союзе не имелось.

В холодной войне американцы учли и это. Они понимали: если США приходится бороться с иерархически-пирамидальной структурой, то прежде всего нужно бить по психике человека-руководителя: царя-самодержца, диктатора, фюрера, генерального секретаря. Если его удастся запугать или свернуть на ложный путь, то он, в свою очередь, так дернет рычаги управления огромной страной, что она сама завалится набок. К вящей радости Соединенных Штатов.

И что же получилось? Что Рейкьявик принес победу исключительно американцам! Горби не добился их согласия на запрет «звездных войн», зато Советский Союз пошел на выгодные исключительно американцам сокращения стратегических ракет, на то, чтобы уничтожить ракет средней дальности в несколько раз больше, чем США. Был бездарно упущен шанс втянуть Америку в гибельную для нее гонку космических вооружений. Мы не запугали противника. Он же еще раз убедился в том, что лидер СССР — слабак. Что он не прочь сдаться. Что он поддается давлению.

Собственно говоря, на этом история холодной войны заканчивается. 1987, 1988, 1989, 1990 и 1991 гг. — уже агония Советского Союза, ведомого лидером с весьма своеобразной, хаотической психикой. Идет сдача всех мыслимых позиций. Страна погибает, не использовав и половины возможностей для продолжения борьбы. При этом наблюдается странная картина: Горбачев уже капитулировал, но еще не объявил об этом. Экономика разваливается. Внутри страны вспыхивают очаги межэтнических конфликтов, настоящей гражданской войны. Но отдельные части Большого Советского Организма еще пытаются бороться, начинают перспективнейшие программы вооружений и научно-технических прорывов.