Между тем русские тоже заметили нового противника. Гуще задымили трубы на транспортных кораблях – механики спешно поднимали в котлах давление пара, и кочегары как заведенные сновали туда-сюда с лопатами угля. В отличие от боевых кораблей котлы у них были попроще, устаревших конструкций. Это и минус, поскольку мощность паровых машин оказывалась намного ниже, но в то же время и плюс. Более примитивным котлам не нужен кардиф, им достаточно паршивенького антрацита с местных угольных шахт. Он в разы дешевле, но и дымят корабли при этом отчаянно. Жирные черные клубы длинными хвостами растянулись по небу, но выжать дополнительно удалось лишь по паре узлов, не более. Для того чтобы средь бела дня оторваться от японского броненосного крейсера, абсолютно недостаточно.

В отличие от транспортов, спешно отворачивающих вправо, «Рюрик», напротив, лег на курс, неминуемо приводящий его ко встрече с японцами. Миноносцы тоже было дернулись следом, но на мачте флагмана взлетели сигнальные флажки, однозначно выражающие мнение адмирала по поводу умственных способностей их командиров. Приказ был коротким, четким и недвусмысленным – идти следом за транспортами. Вполне оправданный, кстати, приказ, учитывая, что на миноносцах оставалась только перегонная команда, и они были, по сути, небоеспособны. Просто некого ставить к орудиям. Зато, случись нужда, к примеру непредвиденная встреча с кораблями противника, миноносцы успели бы снять команды с «купцов» и рвануть прочь. При их тридцатиузловом ходе шансы оторваться от любого врага имелись, и неплохие.

Два грозных противника медленно, но неуклонно сближались. Убедившись, что русские не собираются уклоняться от боя, Якиро сразу приобрел некоторую осторожность. Лезть в драку с броненосным рейдером лоб в лоб ему не хотелось. Что любой из кораблей типа «Пересвет» на малой дистанции обладает подавляющим превосходством в огневой мощи, он помнил прекрасно, и потому намерен был вести бой на дальней дистанции. Тому, что русские, помимо прочего, обладают и заметным превосходством в скорости, еще только предстояло стать для него неприятным сюрпризом.

В свою очередь, Бахирева, осуществляющего непосредственное командование «Рюриком», подобные мелочи волновали не так сильно. Уж кто-кто, а он, в соответствии со все тем же древнекитайским учением, знал и себя, и своего врага, причем, благодаря полноценному опыту войны, в деталях. И о том, что «Рюрик» способен догнать и раздавить любой из японских броненосных крейсеров на любой дистанции, тоже знал. Если японец самонадеянно лезет на рожон – что же, это всего лишь еще один повод дать возможность артиллеристам потренироваться в стрельбе по реальной цели. Конечно, бой один на один всегда дает шансы обоим противникам, и неизбежные на море случайности еще никто не отменял, но все же одинокий японский корабль, на взгляд Бахирева, серьезным противником не выглядел. Чуть подкорректировав курс, он направил «Рюрик» навстречу японцам, и башни крейсера-великана начали медленно поворачиваться, нащупывая цель.

Для Якиро подобный маневр сюрпризом не стал, а вот скорость сближения – наоборот. Первоначально скорость русских он оценил в шестнадцать – семнадцать узлов, и счел, что на данном этапе она является для их корабля предельной. А раз так, то в этом его крейсер имел превосходство. Конечно, паспортные данные, по обычаям британцев, оказались завышены, но уж на пару узлов-то он наверняка мог рассчитывать. Вот только здесь он ошибся, и ошибся всерьез, русский корабль уже давно шел на двадцати узлах. Скорость, которую привыкшие к неспешным действиям русских тяжелых кораблей японцы не ожидали и не способны были развить сами. В результате до сих пор мнящий себя охотником Якиро сам превратился в дичь, только пока еще не знал об этом.

На мостике «Рюрика» Бахирев с преувеличенным спокойствием опустил бинокль и повернулся к Эссену:

– Однако, Николай Оттович, похоже, нам повезло. Поглядите, кого вынесло навстречу.

– Вижу. – Адмирал усмехнулся, растянув губы в недоброй улыбке. – Сейчас с кого-то спросится за все.

У них обоих имелись основания радоваться. Перед ними был корабль, едва ли не первым открывший огонь в этой войне еще до ее объявления. Именно его орудия растерзали легендарный «Варяг», не позволив ему вырваться в море и погубив один из лучших крейсеров русского флота. Это требовало мщения, и теперь появился реальный шанс его осуществить. Навстречу русским в гордом одиночестве шел броненосный крейсер «Асама».

Порт Дальний, тот же день

Как ни странно, в плену было совсем не так плохо. Скорее мерзко оттого, что твоя жизнь тебе не принадлежит, и любой замухрышка-охранник сделает с тобой все, что захочет. Да, это самая правильная формулировка – отвратительное чувство собственного бессилия, а так…