Читаем Кремль полностью

Можно сколько угодно возмущаться, но если премьер не даст отмашки, то эти «счетоводы» и дальше будут рулить финансами, создавая для всех невыносимые условия. А теперь еще и пугать вздумали.

– Когда я поступал в разведшколу, меня один добрый человек и опытный профессионал предупредил: «Будешь чувствовать себя как слепой, которому сделали операцию на глаза и вернули зрение. Не всякий выдерживает», – поделился воспоминаниями премьер. – К Министерству финансов есть конкретные претензии?

– Вагон и маленькая тележка. Кудрявцев пообещал, что резервный фонд скоро закончится. И придется латать дыры за счет кредитов на внешнем рынке. Собирается взять в долг пять миллиардов долларов.

– Сколько? – переспросил премьер таким тоном, что у Сазонова появилось желание уменьшить цифру в несколько раз.

– Уже десять миллиардов, – сообщил первый вице-премьер Шереметьев, который наблюдал за этой сценой с непроницаемым лицом.

– Для нас это копейки. Нашли из-за чего волноваться, – удовлетворенно кивнул премьер.

«Никогда не знаешь, как он прореагирует», – подумал Шереметьев. Он со злорадством воспринял неудачную попытку Сазонова «наехать» на министра финансов.

У Шереметьева тоже постоянно возникали трудности с прижимистым главой Минфина, но в глубине души он не исключал, что «хранитель кубышки» может оказаться прав. Кроме того, его либеральные взгляды были близки Шереметьеву, и он не хотел отставки главного финансиста.

– Опять правительство ставят перед свершившимся фактом. Разрабатывали стратегию, анализировали, взвешивали, спорили, бюджет просчитывали, а теперь на те же грабли наступаем. – Сазонов был не на шутку возмущен.

– Обсуждай не обсуждай, денег от этого не прибавится, – возразил премьер.

Он закончил просмотр очередной партии документов и бросил их в папку. Бумаги легли криво и кокетливо выглядывали из-под обложки с российским гербом. Премьер попытался одним щелчком пальцев загнать документы в папку, но неудачно. Бумаги недовольно вздыбились, и папка приобрела еще более запущенный вид. Поэтому он выглядел расстроенным и немного рассеянным. Ничто не вызывало у него такого острого чувства протеста, как небрежность и необязательность.

– Все жалуетесь на министра финансов. Нашелся один честный человек: говорит что думает, – так давай его клевать. Занимайтесь своим делом. Я просил доложить о состоянии мегапроекта. – Премьер изловчился и одним пальцем резко ударил по непослушной папке с документами. На этот раз удачно. Он с явным удовольствием посмотрел на Сазонова, задумался, но потом опять нахмурился. – Президент защищает Лабинского от Гранина. Мегапроект поддерживает. Кстати, нескромное название придумали. Ты совещания по этому вопросу проводишь. Складывается впечатление, что вопрос уже решен. – Премьер выразительно посмотрел в глаза Сазонову.

Он мог бы сказать еще много обидных слов, но не любил долгих разговоров. Да и собеседники моментально схватывали суть претензий. Возражать еще никто не пытался. А если пытался, то получал по полной программе.

– Мы с вами проговаривали эту тему. Я так понял, что стратегия согласована. Договорились консолидировать отрасль, – пояснил Сазонов.

– Откуда вообще взялся этот мегапроект? Кто предложил?

– С инициативой выступил Рашидов. Мы посмотрели, проект интересный.

– Странная логика. Нам предложили, а мы не хотим отказываться, – воскликнул премьер. – Твое мнение мне примерно понятно. А что скажет руководитель антикризисного штаба?

Премьер повернулся к Шереметьеву. Все это время первый вице-премьер сохранял молчание, но напряженное лицо выдавало, что это стоило ему больших сил и переживаний. Однако металлургия относилась к компетенции Сазонова, и без приглашения премьера вмешиваться было неправильно. Теперь Шереметьев не спешил с ответом. Ситуация действительно складывалась сложная. Сначала премьер поддержал проект, а сейчас высказывает недовольство. Скорее всего ему не нравится, что процесс идет без его участия. Или он хочет проверить концепцию проекта на прочность. Такое тоже бывало. Если выступить с критикой, это обидит Сазонова. Вот и крутись.

– Цель поставлена правильная. По моему мнению, ключевой вопрос в том, как будет оформлено участие государства, – дипломатично заметил Шереметьев.

– Рассматривается вариант дополнительной эмиссии акций, – пояснил Сазонов.

– За акции нужно будет платить? – быстро спросил премьер.

– Вопрос обсуждается. Привлекать бюджетные средства мы, конечно, не хотим.

– Бесплатно при коммунизме будет, – усомнился премьер.

– Рашидов озвучил цифру в десять – двенадцать миллиардов долларов, но это в предварительном плане, – сообщил Сазонов.

– Ага! И всего-навсего за двенадцать миллиардов! – с торжеством произнес премьер. – И чё делать будем?

– Оформим гарантии, выпустим облигации. Если мы заинтересованы в консолидации отрасли, то механизм можно согласовать, – уверенно заявил Сазонов.