Читаем Красотка полностью

Вивиен, незаметно для самого Эдварда, сумела сыграть чудесную мелодию на некоторых сокровенных струнах его души, создав тем самым не просто достаточно хороший комфорт, а с вполне конкретными элементами уникальности и эксклюзивности. Она не менее тщательно и основательно просканировала ум и душу Эдварда и на основании полученной информации выстроила модель своего поведения, близкую к предполагаемому женскому идеалу Эдварда. Естественная и искренняя радость от знаков внимания Эдварда внесла свою лепту в их особую атмосферу трепетного взаимопонимания. Глаза, светящиеся яркой радостью и восторгом, не могли оставить равнодушным даже самого чванливого и высокомерного мужчину. Она четко просчитала одну из точек опоры для общения с Эдвардом – его психологическую и эстетическую навороченность, высокий уровень изощренности его ума и души. Она не стала умничать не по делу, иронично подвергая сомнению некоторые его взгляды и представления, принципы и убеждения, даже просто мысли по ходу дела. Конечно, ее женские чары были весьма выразительны, но и Эдвард был, что называется, стреляной вороной. И поэтому купить его за три копейки и, даже гораздо большую сумму, не представлялось возможным в принципе. А вот акцент на чисто человеческий момент оказался действительно удачным. Ибо профессиональная специфика работы Эдварда, как и впрочем весьма напряженный ритм работы, почти не оставляли ему времени, да и возможности на получение действительно качественного душевного тепла. Постоянная искренняя и естественная забота о комфорте Эдварда даже во второстепенных и третьестепенных мелочах позволила ей создать в его представлении достаточно интересный и привлекательный имидж. Она угодила ему в том, в чем другим женщинам хищного типа невозможно было угодить в принципе. И Эдвард это увидел, понял и по достоинству оценил. Он был в этой жизни своего рода экспертом по качеству и поэтому был способен отличить действительно драгоценный камень от подделки. Наблюдая за Вивиен на опере в театре, Эдвард четко и однозначно понял то, с каким удивительным человеком вроде как случайно столкнула его судьба. Достойный мужчина отличается от всех прочих, в первую очередь тем, что он ведет себя достойно всегда, не зависимо от того, где и с кем общается. Содружество в их паре получилось не просто удивительно результативным, но еще и взаимно приятным. Ведь, чем больше старался один, тем сильнее он, тем самым, побуждал другого напрягать свою фантазию и воображение, все явные и скрытые мощности ума и души. Подчеркнутая почтительность Вивиен к Эдварду, не исключала, однако, вполне определенного чувства собственного достоинства. Мягко и ненавязчиво она выступала в роли своеобразного сорежиссера откровенного и насыщенного общения. Вивиен сама отнеслась к Эдварду не как к клиенту, а как к близкому и дорогому другу. Она правильно расставила акценты: не сдерживать себя в количестве и качестве знаков внимания. Она временами брала инициативу в свои руки, но тогда и так, что Эдвард не только не сопротивлялся, но выражал полное одобрение такого рода инициативе, свободно и непринужденно погружаясь в этот особенный отдых ума, души и тела. Это только на первый взгляд все кажется легко и просто. А, на самом деле, все, что делала Вивиен, она делала очень старательно, чутко сканируя реакцию Эдварда на каждый свой жест, слово, взгляд и т.д. Можно сказать, что Вивиен буквально растворилась в Эдварде в хорошем смысле этого слова. Ее физическая и психологическая предупредительность были поистине феноменальны и очаровательны. Чувство обратной связи помогло ей гораздо быстрее понять и ощутить скрытые струны души Эдварда, осветить и согреть хотя бы некоторые ее проблемные уголки. Эдвард до поры, до времени не особенно вникал в детали, он просто отдыхал и наслаждался рядом с Вивиен.

Ее интерес к делам Эдварда, осторожный и корректный, заставил его более внимательно присмотреться к ней. А так как интерес был вполне искренний, то он не мог не проникнуться кроме симпатии еще и определенным уважением к ней. Что автоматически ставило ее, как минимум, на голову выше большинства окружающих. Она прекрасно понимала, что не в состоянии постигнуть многие тонкости в работе Эдварда. Однако, завоевав его симпатию, она получила возможность косвенно воздействовать на некоторые его мысли и эмоции. И, как не покажется странным и удивительным, ей удалось сделать то, что было не под силу целому десятку интеллектуалов высокого полета. Она не просто смогла внести существенную коррективу в жизненное и профессиональное кредо Эдварда, она сделала так, чтобы от этого он чувствовал себя успешнее и счастливее. А это не просто дорогого стоит, это поистине бесценно. И заслуживает самого большого уважения и самой глубокой и искренней симпатии.

Умение быть приятной в общении