Читаем Красный дом полностью

– Знаю, но… – Доминик замялся: десять фунтов – серьезная сумма. – Может, подождешь несколько дней и потом решишь, на что их потратить?

За окном стояла Луиза. Уставившись в землю, она обнимала себя за плечи.

– Но мы ведь сюда больше не вернемся. Никогда! – горько проговорил Бенджи.

Доминик собирался произнести окончательное «нет», но в отпуске так нельзя, в отпуске с детьми нужно жить дружно. Он сел на корточки рядом с сыном.

– Получится как всегда. Завтра или послезавтра ты пойдешь в другой магазин и…

– Я куплю тебе этот меч, – перебил его Ричард. – Он будет моим подарком тебе.

Телефон Доминика издал трель. Первые десять тактов «Полета шмеля». Доминик выудил телефон из кармана и, пока Ричард передавал меч женщине за прилавком, спросил:

– Алло?

– Скажи там, чтоб не паниковали больше, – ответил голос Анжелы. – Мы нашли Мелиссу, она сидит в кафе.

Доминик ощутил легкое разочарование. Если б Мелиссу убили, они поехали бы домой.

– Ладно, я передам эту добрую весть.

– Отлично, – сказал Ричард, узнав о Мелиссе.

Он не выказал ни удивления, ни облегчения, и Доминик задумался – что, если будущее можно создавать силой уверенности?

– Спасибо, дядя Ричард, – поблагодарил Бенджи.

– Пожалуйста.

Мальчик выбежал из магазина на залитую солнцем парковку, размахивая мечом и крича:

– Уф! Аха!

Мелисса позвонила Кэлли, но услышала лишь гудки. Увидев Дейзи, входящую в кафе, она испытала одновременно раздражение и облегчение и нажала отмену звонка.

Дейзи неспешно подошла к ее столику.

– Я хочу кофе. Будешь что-нибудь есть или пить?

Это прозвучало так обыденно, будто они встретились дома на кухне. Нужно было уйти эффектней.

– Блинчик не помешает. И черный кофе. – Мелисса уже час сидела здесь с чашкой холодного чая.

Она смотрела, как Дейзи идет к прилавку. Ее непробиваемая уверенность внушала ей беспокойство. Совершенно непонятно, что Дейзи думает, чувствует или собирается сделать. В школе Мелиссы тоже были верующие, но они не высовывались, а вот Дейзи… Ее и страшилой не назовешь – ни большой задницы, ни уродливого лица. Мелисса тоже умела правильно подать себя, умела выглядеть черт-те знает как, на грани провокации.

Дейзи вернулась с двумя чашками черного кофе и двумя блинчиками.

– Вечно они кладут салфетки под еду. Какой в этом смысл? Руки ими потом не вытрешь.

«Говорит так, будто ей тридцать пять», – подумала Мелисса.

– Как ты? – спросила Дейзи.

– Супер. Просто супер.

– И как тебе Иэн Макьюэн?

Мелисса решила, что Дейзи имеет в виду самого писателя, но тут же вспомнила о лежащей рядом книге.

– Ничего так, – ответила она и, спохватившись, что по правилам игры, которую они сейчас ведут, так отвечать нельзя, добавила: – Мы проходим его в школе.

– А я читаю про вампиров.

Мелисса глотнула кофе и расслабилась.

– «Сумерки»?

Дейзи молча вынула из сумки «Дракулу».

– Джонатан Харкер отправляется в Трансильванию для работы на таинственного графа, и с того момента все идет кувырком.

– Понятно, – настороженно ответила Мелисса.

Однако Дейзи не играла. Для нее все было всерьез. Обычно, желая понравиться, она становилась жутко косноязычной и глупой, но с Мелиссой почему-то все было иначе. Может, в этом есть что-то от спектакля? Показать себя в лучшем свете и ощутить восхитительно живой? Может, в этом и заключается просветление? Да пребудет Господь со мной во время этого разговора…

– Прошу прощения за Алекса.

– В смысле?

– Он на тебя облизывается.

– А! Ну, с этим я справлюсь.

Может, подружиться с Дейзи на эти несколько дней? Тогда мать и Ричард от нее отстанут. Зазвонил телефон. Кэлли. Они вдвоем смотрели, как телефон плавно движется по столу. Мелисса бросила взгляд на Дейзи. В чем ее слабость? Уж точно не в религии. Тот первый вечер, когда Анжела пыталась помешать Дейзи прочитать молитву…

– Мать считает тебя глупой, да? Твой отец нормальный, но твоя мать… Она и впрямь несчастна, или тут что-то другое замешано?

– Первое, – призналась Дейзи: Мелисса права, а больше никто ее об этом не спрашивал. Она откусила блинчик. – Ее ничто не радует, ничто не вдохновляет. А твоя мать кажется счастливой.

– Даю им два года.

– Почему?

– А что у них общего?

Дейзи рассмеялась. Такого тоже никто не говорил.

– Ты побежишь дальше или вернешься?

Мелисса пристально посмотрела на нее.

– Дейзи, девочка-припевочка.

Дейзи показалось, что она очутилась в фильме. Взгляд Мелиссы гипнотизировал, как у змеи в «Книге джунглей».

– Что, по-твоему, я должна сделать? – спросила Мелисса.

– Вернуться.

– Значит, я вернусь.