Читаем Красные огурцы полностью

Анжелика любила разных мужчин. Красивых, сильных, интересных. Антон был довольно интересным, не то чтобы красивым, но определенно не сильным. Весть о том, что ее возлюбленный раскидал кого‑то в муку, вызвала ощущение тепла где‑то под сердцем. На мгновение ей явился образ Антона в белой блузе со шпагой в руке, протыкающего врагов на ступенях замка… И пара вороных коней… Нет, меринов, меринов, что бы ни значило это слово, нетерпеливо бьющих копытами, чтобы умчать маркизу и ее спасителя…

— И где он теперь? — спросила Анжелика дрогнувшим голосом.

— Пропал. С деньгами. Сам ищу.

Пропал. Вскочил на мерина и умчался с сокровищами, бросив ее на ступенях… Теплое ощущение под сердцем лопнуло.

— Вот гаденыш! То есть денег нет?

— Нет.

Это был неожиданный поворот сюжета. А ведь все так красиво складывалось! Благородные кавалеры разбегались, как тараканы. Снова бедной Анжелике приходилось брать повествование в свои руки. Но на руках у нее был козырь.

— Знаешь, Аслан, я тут стала разбираться с хозяйством после смерти Володеньки, и что оказалось? У нас по всем комнатам камеры наблюдения стоят. Понимаешь?

— Нет.

— Ты так хорошо получился в тот вечер — просто огонь‑мужчина! Такое лицо было, когда свинку мою увидел! Но я, конечно, ментам ничего не показала, у нас же общие интересы, ты не забыл?

Не без труда Аслан понял, что вдова применяет к нему мягкий шантаж.

— Суету не наводи, — сказал он примирительно, — где я его тебе найду? Туда‑сюда искал — нету. Убежал. Ищу.

— Ищи, ищи. Как найдешь — звони. Только не обижай его, он хороший. Чемодан возьми, и все.

Анжелика покинула кабинет, оставив по себе густой, как сладкая вата, запах духов. Аслан рассуждал. Теперь к чемодану с деньгами, метафорическому прянику, добавился кнут — видеозапись его несдержанного поведения в ту неудачную ночь. И это уже действительно походило на катастрофу. Он повертел в руках биту. И если бы это была волшебная бита, заряженная всего одним желанием, Аслан взмахнул бы ею и пожелал только одного — чтобы Антон сейчас появился в кабинете вместе с чемоданом. Но у Биты Спокойствия была другая специализация — дарить покой. Состояние, которое наименьшим образом подходило для поисков подлого дизайнера. «Я найду его. Я найду его, — повторил про себя Аслан. — И когда найду…» Он представил себе, что и как он сделает с Антоном, когда найдет, представил в таких подробностях, что сам испугался.

Туристическое агентство «Лечу!» не страдало от наплыва клиентов, несмотря на то, что было единственным заведением своего профиля в радиусе двадцати километров. Ни жители села Растеряево, в котором оно находилось, ни жители окрестных поселений не хотели никуда лететь, зато часто наведывались в «Лечу!» с жалобами на здоровье, сбиваемые с толку двусмысленностью эмоционального названия. В конце концов, устав объяснять клиентам разницу между глаголами «лечить» и «летать», владельцы заведения наняли в качестве туристического менеджера местного фельдшера и даже поставили аптечный прилавок. Скудные доходы с торговли безрецептурными препаратами позволяли турагентству оставаться на плаву.

Фельдшер Юрий Яковлевич добросовестно относился к своим обязанностям и очень любил сериал про доктора Хауса. Когда в помещение вошли мужчина с корзинкой и девушка с саквояжем, он как раз изучал интернет‑форум о простатите. По вопросам пациентов и ответам врачей выходило, что простатит очень коварен и подстерегает каждого мужчину, который соприкасается со стрессами и сидячим образом жизни.

— Здравствуйте, — сказал посетитель, оглядывая тесное помещение турагентства, интерьер которого составляли стол, два стула, стойка с буклетами, стойка с лекарствами и телевизор на тумбочке.

— Туалет есть у вас? — хрипло спросила девушка в диковатом наряде, обдав Юрия Яковлевича волной холода.

— Добрый день, — ответил фельдшер. — Туалет там. Присаживайтесь, молодой человек. На что жалуетесь?

— Ни на что, — пожал плечами мужчина.

Девушка ушла в туалет, а пытливый мозг Юрия Яковлевича уже заработал. Корзинка! Значит, грибник. Но одет легко, значит, относится к здоровью безответственно. Наверняка сидел на холодном, пока собирал грибы…

Антон, конечно, мог бы на многое пожаловаться. Например, на обуревающую его смесь возмущения, удивления и стыда, которую вызвал демарш Дуни. На зыбкость своего положения в бушующем вокруг море событий. На Асланчика Бешеного и капитана Иванова… Но все это сейчас было неважно — в турагентство «Лечу!» его привело желание улететь. По возможности быстро и далеко.

— Я собственно… — начал Антон.

— Подождите. — Юрий Яковлевич многозначительно поднял палец. — Не спешите. Присядьте, присядьте.

Антон послушно присел. Его взгляд упал на глобус, стоявший на столе. Глобус был повернут к посетителям Западным полушарием, Южная Америка соблазнительно желтела среди голубизны океанов. В Бразилии или Аргентине с миллионом евро можно славно провести полгодика. Или взять Карибские острова…

— Вы часто устаете? — спросил турагент.