– Если сможешь мне помочь, – сказал старик.

Сверре пожал плечами.

– И еще девять тысяч – потом.

– Да ну? – Сверре глотнул пива. Потом огляделся по сторонам. Молодая парочка уже ушла, но Халле, Грегерсен и Квинсет еще сидели в углу. А скоро придут другие, так что поговорить обо всем без посторонних не удастся. Десять тысяч крон.

– А какое оружие?

– Винтовка.

– Охотничье ружье подойдет?

Старик покачал головой:

– Винтовка Мерклина.

– Мерклина?

Старик кивнул.

– Это который игрушечные паровозики делает?

На морщинистом лице под шляпой появился какой-то просвет. Наверное, старик улыбался.

– Если не сможешь мне помочь, скажи об этом сейчас. Можешь оставить себе эту тысячу, и мы больше об этом не говорим, я уйду отсюда, и мы больше не увидимся.

Сверре ощутил прилив адреналина. Это вам не обычная болтовня про топоры, дробовики, динамит и прочую дребедень. Это уже серьезно. Парень говорит о солидных вещах.

В дверь вошли. Сверре посмотрел поверх плеча старика. Нет, это не парни, это какой-то алкаш в красном вязаном свитере. Если он не будет клянчить пива, проблем с ним не будет.

– Я посмотрю, что смогу сделать, – сказал Сверре и взял тысячную купюру. Он не понял, что произошло – рука старика вцепилась в его руку, будто орлиными когтями, и пригвоздила ее к столу.

– Я тебя не об этом спрашиваю. – Голос был ледяной и скрипучий, как наст.

Сверре попытался освободить руку, но не смог. Он не мог вырваться из пальцев какого-то старикашки!

– Я спрашиваю, можешь ли ты помочь мне, и я хочу услышать «да» или «нет». Понятно?

Сверре почувствовал, как в нем просыпается бешенство, старый враг и друг. Но пока его больше занимало другое – десять тысяч крон. Этот человек может ему помочь, это не простой человек. Дело будет хлопотное, но у Сверре было ощущение, что старик не поскупится на чаевые.

– Я… я могу тебе помочь.

– Когда?

– Через три дня. Здесь. В это же время.

– Чушь! Да ты не найдешь такую винтовку за три дня. – Старик отпустил его руку. – Беги лучше к тому, кто может тебе помочь, а тот пусть идет к тому, кто может помочь ему, а через три дня мы встретимся здесь и обсудим, когда и куда ты ее принесешь.

Сверре лежа выжимал сто двадцать килограммов – как этот тощий старикан смог…

– Но, конечно, винтовка с доставкой стоит определенной суммы. Поэтому через три дня ты получишь остальные свои деньги.

– Вот как? А если я просто возьму деньги…

– Тогда я вернусь и убью тебя.

Сверре покрутил запястье. Ему не захотелось углублять тему.

Леденящий ветер мел тротуар перед телефонной будкой возле сауны на улице Торггата, пока Сверре Ульсен дрожащими пальцами набирал номер. Черт, как же холодно! У него уже замерзли ноги в дырявых сапогах. На том конце взяли трубку.

– Да?

Сверре Ульсен сглотнул. Почему от этого голоса ему всегда становилось так не по себе?

– Это я, Ульсен.

– Говори.

– Тут одному нужно ружье. Марки «Мерклин».

Никакого ответа.

– Вроде как та компания, которая делает игрушечные паровозы, – добавил Сверре.

– Я знаю, что такое «Мерклин», Ульсен. – Голос на том конце был ровным и безразличным, но Сверре слышал в нем презрение. Он ничего не сказал, потому что хотя и ненавидел человека на том конце провода, еще сильнее он его боялся, чего не мог не сознавать. Очень немногие его товарищи слышали о нем, и даже Сверре не знал его настоящего имени. Но через свои связи этот человек не раз выручал и Сверре, и его приятелей. Это, конечно, было ради Дела, а не потому, что тот испытывал особую симпатию к Сверре Ульсену. Да и сам Сверре, будь у него другие варианты, не стал бы обращаться к этому человеку.

Голос:

– Кто просит и зачем ему оружие?

– Один старик, никогда его раньше не видел. Сказал, что он один из нас. А кого именно он хочет грохнуть, я не спрашивал. Может, и никого. Может, винтовка ему, чтобы…

– Заткнись, Ульсен. Он был похож на человека, у которого есть деньги?

– Он был хорошо одет. И он дал мне штуку, чтобы я только ответил, смогу ли я помочь ему.

– Он дал тебе штуку не чтобы ты ответил, а чтоб не трепался.

– Ну да.

– Интересно.

– Я с ним увижусь опять, через три дня. К этому времени он хочет знать, смогли мы ее отыскать или нет.

– Мы?

– Да, ведь…

– Ты хотел сказать, смогу ли я ее найти?

– Конечно. Но…

– Сколько он платит тебе за остальную работу?

Сверре колебался:

– Десять штук.

– И столько же ты получишь от меня. Десять. Если сделка состоится. Понял?

– Понял.

– За что ты получишь десять штук?

– За то, чтобы я не трепался.

Когда Сверре положил трубку, он уже не чувствовал пальцев. Нужны новые сапоги. Он стоял и смотрел, как ветер поднял в воздух пустой, безвольный пакетик из-под чипсов и погнал его меж автомобилей по направлению к улице Стургата.

Эпизод 20

Пиццерия «У Герберта», 15 ноября 1999 года