Читаем Красношейка полностью

Женщина-полицейский из машины Харри осталась на месте: ее задачей было обеспечивать радиосвязь с центром оповещения и не подпускать случайных прохожих. Волер и еще один полицейский дождались, пока двое первых добегут до места, потом закрепили рации на груди и, высоко подняв табельные пистолеты, тоже перескочили через ограду. Харри и Халворсен стояли за машиной и наблюдали происходящее.

– Как насчет сигаретки? – спросил Харри женщину-полицейского.

– Нет, спасибо, – улыбнулась та.

– Я имел в виду: сигареты не найдется?

Она перестала улыбаться. Сама не курит и другим не дает, сердито подумал Харри.

Волер и четвертый полицейский встали на лестнице слева и справа от входной двери. Вдруг у Харри зазвонил мобильный телефон.

Харри посмотрел на сотрудницу в машине – та подняла глаза к небу. Видимо, думала: вот непрофессионал!

Харри собрался выключить телефон, но сперва глянул, не звонит ли Ракель. Номер на экране был знакомый, но не ее. Волер уже поднял руку, чтобы дать команду к началу операции, когда Харри сообразил, чей это номер. Он выхватил из рук сотрудницы рацию:

– «Альфа»! Стоп! Подозреваемый прямо сейчас звонит мне на мобильный. Слышите?

Харри посмотрел на Волера, тот кивнул. Харри нажал кнопку и прижал к уху мобильник:

– Холе.

– Алё! Алё! – Харри удивился, говорил не Эвен Юль. – Это Синдре Фёуке. Извините, что отвлекаю, но я сейчас дома у Эвена Юля и думаю, что вам нужно сюда приехать.

– Зачем? И что вы там делаете?

– Мне кажется, он задумал что-то неладное. Он позвонил мне час назад и сказал, чтобы я приезжал к нему. Говорил, что ему что-то угрожает. Я приехал – дверь настежь, но Эвена нигде не было. А сейчас я боюсь, что он заперся в спальне.

– Почему вы так решили?

– Дверь в спальню заперта, а когда я посмотрел в замочную скважину, то увидел, что с той стороны торчит ключ.

– Хорошо. – Харри обошел машину и пошел к калитке. – Слушайте внимательно. Стойте там, где стоите, если у вас есть что-то в руках, положите это на пол, держите руки так, чтобы мы их видели. Мы будем через две секунды.

Харри прошел через калитку, поднялся по лестнице, прошел мимо удивленных Волера и его коллеги, нажал на дверную ручку и вошел в дом.

Фёуке стоял в коридоре с телефонной трубкой в руке и круглыми от изумления глазами смотрел на полицейских.

– О господи, – только и вымолвил он, увидев Волера с револьвером. – Быстро же вы…

– Где спальня? – спросил Харри.

Фёуке молча указал на лестницу.

– Покажите нам, – сказал Харри.

Фёуке провел полицейских к двери.

– Вот здесь.

Харри толкнул дверь – она действительно была заперта. В замке торчал ключ, но дверь им открыть было невозможно.

– Я забыл сказать, что попробовал открыть ключом от другой спальни, – сказал Фёуке. – Ну, бывает ведь, что замки одинаковые.

Харри вынул ключ из замка и заглянул в замочную скважину. Через нее он увидел в комнате кровать и ночной столик. На кровати лежало что-то похожее на люстру. Волер тихо разговаривал по рации. Харри снова прошиб пот. Что-то не то с этой люстрой.

– Кажется, вы сказали, что с той стороны тоже торчал ключ?

– Торчал, – подтвердил Фёуке. – Пока я не вытолкнул его, пытаясь вставить другой ключ.

– А как же мы туда попадем? – спросил Харри.

– Сейчас попадем, – сказал Волер.

На лестнице послышался топот тяжелых сапог. Прибежал один из полицейских, оставшихся снаружи. Он принес ломик.

– Здесь. – Волер указал на дверь.

Затрещало дерево, дверь открылась.

Харри вошел внутрь. Он услышал, как Волер велел Фёуке подождать у двери.

Первым, что заметил Харри, был поводок. Эвен Юль повесился на собачьем поводке. Он умер в белой рубашке с расстегнутым воротом, черных брюках и клетчатых носках. У шкафа за его спиной лежал опрокинутый табурет. Под табуретом аккуратно стояли туфли. Харри посмотрел на потолок. Действительно, поводок был привязан к крюку от люстры. Харри не хотел смотреть на лицо Эвена Юля, но не смог удержаться. Один глаз Юля таращился куда-то в сторону, другой – прямо на Харри. Будто они были независимы друг от друга. Как у двухголового тролля из детской сказки, у которого по глазу на каждой голове, подумал Харри. Он прошел через комнату и посмотрел в окно. Окно выходило на восток. По Ирисвейен колесили любопытные мальчишки на велосипедах – уже пронюхали, стало быть, что приехала полиция. Подобные слухи обычно распространяются по округе с поразительной быстротой.

Харри закрыл глаза и задумался. «Главное – первое впечатление. Когда с чем-то сталкиваешься, самая верная мысль – первая». Так говорила Эллен. Его ученица учила его сосредоточиваться на том, что испытываешь в первую очередь, когда приходишь на место преступления. Поэтому сейчас Харри не оборачивался, чтобы проверить, лежит ли на полу у двери ключ от комнаты, не пытался найти в комнате чьи-то отпечатки пальцев, не выяснял, пытался ли кто-нибудь пробраться в дом. Просто потому, что и убийца, и жертва сейчас висели под потолком. Двухголовый тролль казнил себя сам.