Читаем Красная руна полностью

OTS просуществовал даже меньше, чем OBR. Этот орден был основан бывшим адептом Церкви Сатаны, использовавшим магическое имя Аполлоний. Свои идеи он публиковал под заголовком «Grimorium Verum» («Истинный гримуар»), как самостоятельно, так и в рамках принадлежащего OBR «Liber Venificia». В то время как дуализм OBR проистекал из пересечения тела и духа, плотского и интеллектуального, дуализм OTS был куда более абстрактного рода.

Внимая философскому языку и построениям древних герметиков, неоплатоников и гностиков, Аполлоний назвал свою философию Apostasia (латинская форма греческого ) — «отступничество» или отделение. В первую очередь он утвердил существование Единственного, говоря языком психологии — субъекта, знающего себя. Однако, субъект этот может направить мысль на нечто Иное, таким образом создав объект, заведомо отличный от себя. Подход Пути левой руки к этой модели состоит в том, чтобы продолжить и углубить различность — посредством практики Воли к власти (по Фридриху Ницше).

…Я, как самосотворенная Самость, должен продолжать рассматривать свою Самость как отделенную от Иного — во всей полноте, не какой–то своей частью или совокупностью частей. Первичными категориями в космосе являются Единственное «Я», (Самость, самосотворенная Самость) и «иное» (Иное, мой Мир, Мир) и их союз для меня в прямом смысле немыслим. Я должен рассматривать Мир [Иное] в категориях своей власти над этим Миром, направленной против его власти.

Я понимаю, что передал своей Самости многое из тех сил, прерогатив и функций, которые человечество традиционно приписывало Богу или Богам. Я, не колеблясь, совершу этот решающий акт апостасии и провозглашу себя богом…

[Сатана] и я — у нас так много общего в нашей конечной божественности, что его имя будто стало и моим[23].

OTS сгинул в безвестности примерно в середине 1976 года. Краткий «набег» Аполлония на философию Пути левой руки принес некоторые здравые идеи, но времена, вероятно, были неподходящие, а его слушатели не были готовы к такому недозревшему посланию.

Я назвал эти секты «биполярными», имея на то веские основания. Как показывает дословно приведенная выше статья Тифона, философская двойственность или биполярность мысли была очевидна даже им самим. Казавшийся «эпикурейцем» Антон ЛаВей на самом деле недалеко ушел от «философа с помойки», каким его вывели многие критически настроенные исследователи, в то время как Майкл Аквино обладает остро отточенным философским разумом подлинного платоника. Оба сумели выстроить внутренне непротиворечивые системы, развившиеся из совершенно различных корней. Однако члены эклектичных сект по привычке желали смешать элементы этих сущностно разнящихся течений философской и магической традиции, пытаясь каким–то образом подогнать их друг к другу. Очевидно, что никакого впечатляющего синтеза они не добились. Все эти сатанисты искали некий общий элемент, объединявший их. Элемент этот ускользал от них на протяжении всего недолгого времени существования их групп. Мы можем поаплодировать авантюрным стараниям этих людей, сожалея, однако, о присущем им недостатке настойчивости.

Сатанинские секты 1980–х годов

После начального развития сатанинских сект в период с середины 1960–х по середину 1970–х, подобные группы, очевидно, вновь распространились во второй половине 1980–х. По мере того, как маятник общественного мнения отклонялся к более консервативной позиции, некоторые аутсайдеры испытывали всё большее притяжение темной стороны, будто подчиняясь порыву сатанинского мятежа.

Перейти на страницу:

Похожие книги

«Смертное поле»
«Смертное поле»

«Смертное поле» — так фронтовики Великой Отечественной называли нейтральную полосу между своими и немецкими окопами, где за каждый клочок земли, перепаханной танками, изрытой минами и снарядами, обильно политой кровью, приходилось платить сотнями, если не тысячами жизней. В годы войны вся Россия стала таким «смертным полем» — к западу от Москвы трудно найти место, не оскверненное смертью: вся наша земля, как и наша Великая Победа, густо замешена на железе и крови…Эта пронзительная книга — исповедь выживших в самой страшной войне от начала времен: танкиста, чудом уцелевшего в мясорубке 1941 года, пехотинца и бронебойщика, артиллериста и зенитчика, разведчика и десантника. От их простых, без надрыва и пафоса, рассказов о фронте, о боях и потерях, о жизни и смерти на передовой — мороз по коже и комок в горле. Это подлинная «окопная правда», так не похожая на штабную, парадную, «генеральскую». Беспощадная правда о кровавой солдатской страде на бесчисленных «смертных полях» войны.

Владимир Николаевич Першанин

Биографии и Мемуары / Военная история / Проза / Военная проза / Документальное