Но Ратлидж пребывал не в том настроении, чтобы сидеть в чайной и рассказывать жене, что Ярд все еще не может найти ее мужа, несмотря натренированный и опытный персонал.

— Нет. Дадим ей немного передохнуть. Я только напомнил бы ей о том, что она пытается выбросить из головы.

— Очень великодушно с вашей стороны, — одобрила старшая медсестра. — Я передам ей ваше сообщение.

Ратлидж отправился на Марлборо-стрит спросить Эдвина Теллера, есть ли у него более поздняя фотография брата, но ему сказали, что мистер Эдвин отдыхает и распорядился его не беспокоить. Эйми Теллер тоже оказалась недоступной.

В Ярде, идя по коридору к своему кабинету, Ратлидж встретил старшего суперинтендента Боулса, который сказал ему:

— Все еще никаких следов Теллера. И свидетеля убийства Байнама, который вам нужен, до сих пор не нашли. Вы уверены, что он не тот человек, которого мы ищем?

— Он свидетель — ничего более. Я просто хотел задать ему еще несколько вопросов. Помните, что я видел Билли даже более четко, чем Худ, который назвал его темноволосым?

— Ваш приоритет — дело Теллера. Я поручу Майклсону поиски убийцы Байнама. — Суперинтендент прочистил горло. — Вы вполне уверены, что Теллер еще жив? Мы не можем направить больше людей на его поиски, когда у нас на руках дело об убийстве. Но я не хочу, чтобы его семья чувствовала, будто мы не делаем все возможное. Слава богу, что, по крайней мере, нет новой болезни.

— С этим расследованием что-то не так, — сказал Ратлидж. — Иногда я чувствую, что гоняюсь за призраком.

— Тем не менее найдите его или узнайте, что с ним произошло, как можно скорее. Понятно?

— Да, сэр.

— Вы нашли время прочитать книгу Теллера? Это может оказаться полезным.

— Я буду иметь это в виду.

Ратлидж двинулся дальше, задержавшись, чтобы поговорить с сержантом Гибсоном, когда констебль Тернер быстро поднялся по лестнице.

Гибсон нахмурился:

— Куда он так спешит?

Тернер подбежал к суперинтенденту Боулсу и отсалютовал ему:

— Сэр, поезд сошел с рельсов. Только что сообщили.

— Какой поезд? — спросил у него Ратлидж.

— На север, в Эдинбург, — через плечо бросил Тернер.

— Где именно это произошло?

— К северу от деревни Уоддингтон — не так далеко…

Но Ратлидж уже бежал к лестнице. В голове у него звучали последние слова крестного: «Время скользит сквозь наши пальцы».

Если бы он попросил Тревора остаться, они бы не были в этом поезде…

Ратлидж бежал туда, где оставил свою машину. Он выехал из Лондона с максимально возможной скоростью, проклиная автомобили, грузовики и пешеходов.

Как только пригороды остались позади, Ратлидж помчался вперед, молясь, чтобы успеть вовремя.

Глава 14

Поезд, идущий на север, сделал поворот, прежде чем сойти с рельсов, и замедлил скорость в достаточной мере, чтобы возможно было предотвратить масштабную катастрофу. Но дела и без того обстояли скверно.

Когда Ратлидж прибыл к месту аварии, три вагона еще дымились — пожар начался от искры из топки. Сцена являла собой хаос — снующие люди, мусор, искореженный металл и белые куски обструганного дерева, отмечавшие места, где произошла трагедия. Большой паровоз лежал на боку, как раненый зверь, — пар все еще сочился из остывающего котла. Ближайшие вагоны сложились, как аккордеон. Когда Ратлидж уменьшил скорость и окинул взглядом плоское пастбище, он заметил короткий ряд тел, накрытых тем, что оказалось под рукой: пальто, простыней и даже брезентом с надписью «Пивоварня Пирса», который, должно быть, кто-то принес из фургона с пивом, оставленного посреди дороги, — лошади терпеливо стояли, опустив в полусне головы.

Ратлидж слышал крики людей и детский плач.

«Туда», — сказал Хэмиш.

У него был самый острый слух во всей роте. Ратлидж повернулся, ища мальчика, но вместо этого увидел девочку, присевшую рядом с плачущей матерью, — никто из них не мог понять, что случилось. Он поспешил по неровной земле и опустился на колени около девочки — она прижалась к нему, а ее мать сказала:

— Они пытаются вытащить из вагона ее отца.

Попытавшись успокоить обеих, Ратлидж шарил глазами поверх их голов, ища мужчину и мальчика или хоть кого-то из них.

Подоспела на помощь женщина из ближайшей деревни, и он оставил мать и дочь на ее попечении, двигаясь мимо покореженных вагонов к жалким останкам, обнаруженным до его прибытия. Посмотрев на каждого по очереди, Ратлидж почувствовал прилив надежды. Тревора и его внука среди мертвых не было. Теперь было нелегко вспомнить, в какой вагон он посадил своего крестного. Поэтому Ратлидж склонялся над обломками каждого, идя вдоль линии, и звал Тревора.

Но ни старика, ни ребенка не было нигде.

— Я должен был уговорить его остаться, — машинально произнес вслух Ратлидж. — Это моя вина.

«Это не твоя вина, — возразил Хэмиш. — Эй, взгляни, вон там машет молодой человек…»