Читаем Красавица в черном полностью

– Пойду скажу горничной, чтобы складывала вещи. Луиза, конечно же, захочет отправиться в Лондон без промедления, а тебе перед обедом лучше всего прилечь.

Каролина, которая тщетно боролась с зевотой, не стала спорить. Дамы вместе вошли в дом. Там Марианна увидела свою подопечную, которая ожидала их с нетерпением.

– Ну как? – требовательно спросила она, вскакивая с кресла, на котором сидела. Желание выглядеть добродетельной заставило ее взяться на вышивание. Кусок полотна в пяльцах был испещрен крупными неровными стежками. – Я попросила прощения у всех кузенов, даже у Эвана. Вы согласны? Вы возьмете меня с собой в Лондон, милая тетя?

Не успела Марианна кивнуть, как девушка принялась душить ее в своих объятиях.

– Вы самая распрекрасная тетушка в мире! Вы ни секунды не раскаетесь. И вам самой не помешает развлечься. Тетя Каролина говорит, что вам следует больше выезжать, ведь пожилым тоже надо веселиться.

– Луиза! – вяло запротестовала Каролина. Марианна, которой недавно исполнилось тридцать два года, заморгала. На что она обрекает себя?

Ока немного посидела с Луизой, послушала ее болтовню о столичных удовольствиях, которые ей не терпелось испробовать. Девушка мечтала прогуляться по Воксхолл-парку и думала о том, как будет представлена ко двору, где придется соблюдать этикет и приседать в реверансе перед королем и королевой. Цепь ее мыслей прервала Марианна, напоминая ей о том, что близится время обеда. Они отправились переодеваться.

Очутившись в своей комнате, Марианна попыталась убедить себя, что общество юной особы ее в самом деле развлечет.

«Старушкам полезно бывать в окружении молодежи», – сухо сказала она себе, глядя в зеркало.

– Черное с серебристой отделкой, мэм? – спросила ее горничная.

– Нет, сегодня я надену лавандовое. После обеда в Сидни-Гарденз будет концерт, а Луиза наверняка захочет пойти.

Услышав, что поступки хозяйки зависят теперь от капризов молоденькой барышни, горничная выразительно хмыкнула, но достала из шкафа требуемое платье.

Слова Луизы задели Марианну сильнее, чем она готова была себе в этом признаться. Ее гардероб до сих пор состоял из нескольких темных платьев. Серые и даже черные платья представлялись ей вполне приличными, к тому же она была не настолько богата, чтобы каждый сезон обновлять гардероб.

Неужели она выглядит такой старой? В темных волосах, мягко вьющихся на висках, нет ни единого седого, в уголках серо-голубых глаз только едва намечаются морщинки, а кожа на лице гладкая и чистая.

Если бы муж был с ней по-прежнему, если она бы имела детей, ей не было бы дела до уходящих лет. Когда умер ее муж, Марианна была в возрасте Луизы. В те годы она была похожа на розовый бутон, которому так и не суждено распуститься. Иногда по ночам этот образ возникал снова, а за ним, словно скорбный призрак, следовала острая жалость к себе.

Марианна вспоминала свои мечты. Не только о счастливом замужестве, о детях, которые так никогда и не родятся. У нее были и другие стремления, замыслы, в которых она не смела признаться даже себе. Леди из высшего общества не пристало думать о таком.

Ей в конце концов и так повезло больше, чем многим вдовам. У нее скромный, но стабильный доход, небольшой дом в Лондоне, тихие радости вроде книг и друзей, общение с Каролиной и ее семейством, с братом и его детьми, который жил вместе с мамой на западе Девоншира.

Старость?

Вздохнув, Марианна рассказала горничной о том, что у нее появилась подопечная.

– Вот уж кто заставит вас поплясать, – мрачно проговорила Хакетт. Впрочем, ее горничная, которая служила в семье Марианны с незапамятных времен, всегда была пессимисткой. – Иногда мне кажется, что Господь дал ей мозгов меньше, чем мошке.

– Хакетт, будьте добры не делать критических замечаний о мисс Луизе, – твердо предупредила Марианна. Не хватало ей только вражды между Луизой и прислугой.

Горничная фыркнула и с самым мрачным видом принялась укладывать волосы госпожи в гладкий узел на затылке.

Когда Марианна спустилась к обеду, оказалось, что ее деверь уже посвящен в план.

– Мы немедленно выезжаем в Лондон! – пылко воскликнула Луиза.

– Это как решит твой дядя, – сказала Марианна. – Нам ведь придется воспользоваться его экипажем, если только ты не захочешь поехать в наемном.

Марианна не могла позволить себе иметь собственный экипаж, поэтому всегда путешествовала в Бат и обратно с кем-то из знакомых. К счастью, Чарлз Крукшенк был известным в Бате адвокатом, которому часто приходилось выезжать по делам в Лондон, так что проблем с этим не возникало.

Луиза поморщилась и выразительно взглянула на дядю, который после смерти отца девушки стал ее опекуном. Добродушный Чарлз засмеялся:

– Полагаю, это можно устроить если и не завтра, то в пятницу или субботу.

При мысли о том, что придется ждать три дня, Луиза надулась, но потом снова принялась с увлечением строить планы своего выхода в свет, и с каждым разом они становились все честолюбивее.

– Мне, конечно же, понадобится новый гардероб, – сказала она заинтересованной Каре.