Читаем Крапленая (СИ) полностью

- Да ты чего! Он бы меня убил. А не ходи я на панель, в чем бы я к нему на свидания являлась? В стоптанных туфлях и потертых джинсах?

- И ты хочешь сказать, что он действительно любит тебя?

- Не то слово. С ума по мне сходит. Говорит, если понадобится, все брошу, на край света за тобой пойду.

- И чем же ты его так приворожила? – Катя с возрастающим интересом разглядывала свою гостью. - «Обаянием, походкой, манерами»?

- Ну и этим тоже, конечно. Но в основном, как ты понимаешь, сексом. Я ему такой высший пилотаж демонстрирую, что он голову теряет. Мое ремесло это тоже профессия, в которой есть свои тонкости, хитрости, секреты, своя техника и своя стратегия. Главное в ней не наша внешность, а умение завести мужика, превратить – хоть на время – обыкновенного лопуха в супермена, заставить его поверить в себя и в то, что ты от него балдеешь. И тогда уже делай с ним что хочешь, он весь твой – с потрахами, душой и кошельком. И ни на одну, пусть самую красивую, но фригидную куклу он тебя не променяет. Мужик, ведь он кто? Примитивный похотливый самец. Его желания, мотивы и побуждения все вот здесь,- она выставила вперед руку: - на ладони. Нажми на нужные рычаги и педали, и управляй им, как обыкновенным велосипедом.

- Однако... – озадаченно пробормотала Катя. – И до всего этого ты додумалась сама, своим умом?

- Не только... – В тоне многоопытной путаны зазвучали нотки превосходства и самолюбования. – Знаешь, сколько я трактатов о технике секса перечитала, современных и жутко древних. Изучила «Кама-Сутру», «Алхимию экстаза», «Тибетское искусство любви». Круто, да? Спроси, кто меня надоумил.

-Ну, и кто же тебя надоумил?

Одна из героинь Сидни Шелтона,Хони. Она стала для меня эталоном. Книжка эта, «Ничто не вечно» называется, как в руки мне попала, все во мне перевернула. Я испробовала опыт Хони на себе и убедилась, что все именно так и есть. Ей Богу, работает. Тогда-то я и начала из безликого секс-инструмента превращаться в хозяйку положения, диктующую свои условия, свои правила игры.

Катя запомнила все названия книг, перечисленных рыжей, решив для себя, что сегодня же раздобудет их – в библиотеке, на интернете или на уличных книжных развалах. В разглагольствованиях этой жрицы любви явно имеется рациональное зерно. Она бросая взгляд на часы.

- Поняла, - тотчас сообразила гостья. – Время ретироваться.

- Извини, Света. Просто у меня на день намечены кое-какие дела. А где тебя найти, если понадобишься?

- В «Улыбке». Считай, там моя штаб-квартира. Со мной разминешься, к Сержу – бармену обратись. Слушай, ты не против, если я у тебя переоденусь и марафет наведу? Наелась, выспалась, душ приняла. Домой можно не заходить. Сразу к своему студентику лыжи направлю.

- Не против.

Рыжая тщательно расчесала пышные волнистые волосы и, достав из сумки косметичку, занялась макияжем. Катя с любопытством следила за ее действиями. Пудра, тени, румяна, на сей раз наложенные очень умеренно, сделали ее яркой, броской, но не вульгарной.

- Могу я тебе кое-что подарить? Просто так, на память,- сказала Катя, вставая.

- Конечно можешь! – оживилась рыжая. – Я это дело очень даже люблю. Получать подарки – мое хобби с самого детства.

Скрывшись в спальне, Катя достала из гардероба белые джинсовые брюки с розовым ремешком, шелковую кофточку с черными разводами по белому фону и розовые саббо на высокой платформе.

- Вот. Посмотри, подойдет.

Взвизгнув от удовольствия, рыжая схватила все в охапку и тут же начала раздеваться. Она осталась в крошечных, мало что прикрывавших бикини и ажурном полупрозрачном бюстгальтере.Тело у нее было упругое, идеально гладкое с округлыми ягодицами и дерзко вздернутой грудью. Живот обозначен легкой, аппетитной припухлостью.Облачившись в катины вещи, которые прильнули к ней как влитые, Света гарцуя прошлась по комнате, будто цирковая лошадка на арене. Ее манеры и осанка и вправду разительно изменились.

- Ну как я тебе? – заранее зная ответ, поинтересовалась Света.

- Потрясающе. Кто бы мог поверить, что ты сейчас и ты ночью – одно лицо.

- А я тебе что говорила! Ладно, Катя, спасибо за все. Надеюсь, еще свидимся, - с достоинством, явно рисуясь, промолвила она и, подхватив сумку с ночными вещами, направилась к двери.