Читаем Крапленая (СИ) полностью

Медленно, с явной неохотой разжимая лепешкоподобные губы, он процедил, как сплюнул:

- Сгинь.

- Что вы сказали? – не поверила своим ушам Катя.

- Я сказал: сгинь, - хладнокровно повторил он.

- Да как вы смеете?! – взорвалась она, задохнувшись от возмущения. – Медведь неотесанный! Вы не на улице и извольте вести себя прилично.

- Слушай, ты! – вдруг разговорился тот. – Учить будешь своего хахаля, если он у тебя есть. Мое дело охранять босса, а не батрачить на его баб. Почем я знаю, может ты специально меня отзываешь...

Забыв о том, чем занималась, Вера – секретарша, с любопытством прислушивалась к их перепалке. Обменявшись с ней взглядом, Катя зло пробормотала:

- Правду говорят, заставь дурака Богу молиться, он и лоб расшибет. – Развернувшись на каблуках, она скрылась в своем кабинете, от души хлопнув дверью.

Разобрать и установить новую технику ей помог Миша.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Наконец, Катя решила, что настало время действовать. Но для успешного осуществления задуманного ей необходимо было сменить имя. С предыдущего места работы, имевшего тот же криминальный душок, у нее сохранился выход на подпольного специалиста по кличке Виртуоз, классически фабриковавшего любые фальшивые документы. Конечно, аналогичный «сервис» имелся и у Ломова. Но ей был нужен человек, никак с ним не пересекавшийся. Этому самому Виртуозу Катя заказала новый паспорт на имя Черновой Галины Александровны и сопутствующие документы, удостоверяющие, что она является вайс-президентом фирмы «Контакт». Поскольку паспорт этот не только не решал всех ее проблем и замыслов, но и мог протянуть к ней нежелательную ниточку, то, по просьбе Кати, Виртуоз снабдил ее адресом своего коллеги по кличке Спец, державшего аналогичный «бизнес» за рубежом.

Следующим этапом стало наведение необходимых мостов и контактов. Случалось, она оставалась в офисе одна на всю ночь – разумеется не из слу-жебного рвения, а преследуя свои собственные цели. Дома у нее компьютера не было, и она пользовалась офисным, изучая его по самоучителю, поскольку компьютер, как она уже поняла, давал ей неограниченные возможности коммуникаций и выхода на любую информацию, в любой точке земного шара.

Ломов манипулировал большими деньгами – раньше это называлось крупными махинациями – налаживая торговые отношения с иностранными фирмами, и соответственно держал банковские счета в разных странах. Чтобы расширить сферу своей деятельности, он умело пользовался промежуточными, посредническими фирмами, бравшимися за солидные проценты выводить его на нужные контакты. Представляя интересы босса, Кате теперь довольно часто приходилось выезжать за границу, где она уже неплохо ориентировалась.

Очередная встреча с посредником была запланирована на середину зимы, на Кипре. Ломов, поглощенный заключением куда более выгодного контракта с отечественным алигархом, поручил Кате самостоятельно провернуть второстепенное, но отнюдь не лишнее дельце.

Это был именно тот шанс, которого она ждала. Недели, отделявшие ее от вылета на Кипр, Катя не теряла даром. Она открыла себе счета сразу в нескольких международных банках. А затем, подделывая подписи – не только самого босса, но и его состоятельных клиентов - принялась методично перекачивать небольшие суммы денег с их счетов на свои. Она знала, что нужно делать и как, чтобы операции эти не обнаружились раньше времени.

В тот знаменательный для Кати день на дворе злобствовал январь, загоняя людей в дома, подъезды, подворотни. Он свистел ветрами, трещал морозами, навешивая на провода, на голые ветви деревьев, на еловые лапы тяжелые гирлянды сине-белых игл, заковывая оконные стекла в замысловатые узоры, прячась под парошей коварным ледяным настилом.

«Мети себе, мети, - усмехалась Катя, балансируя на скользком тротуаре по пути к машине и пряча свой уродливый нос в меховой воротник. – Дотерплю уж как-нибудь. Мало осталось.» Ломов только что собственноручно передал ей кейз, в котором аккуратными пачками были уложены несколько сот тысяч долларов наличными, предназначавшиеся посреднику в качестве комиссионных.И вот Сашок уже вез ее на хозяйском джипе по заснеженному Ленинградскому шоссе в Шереметьево.

«Сашок»! Этот высоченный, бритоголовый детина с косой саженью в плечах и остекленевшими глазами меньше всего соответствовал своему уменьшительно-ласкательному имени. Подобно Медведю, он ни с кем не сближался, сам первым никогда ни с кем не заговаривал. Что же касается Кати, то ее он, что называется, в упор не видел, и она отвечала ему тем же. Сотрудники его побаивались, и были немало удивлены, когда года три назад этот непробиваемый человек-скала привез в Москву из своего села девушку, подругу детства, и женился на ней. А совсем недавно Сашок вдруг появился в офисе с двухлетней малышкой на руках. Ни слова не говоря, он усадил ее, как куклу, на стол секретарши и победоносным взглядом обвел лица сотрудников, демонстрируя им свое сокровище.