Читаем Крапленая (СИ) полностью

- Вы обидились? Поверьте, Виталий, я не хотела. Мы так хорошо, по душам с вами болтали, что я совсем забыла в тот вечер, что должен звонить Андрэ, и, вспомнив, помчалась в отель. Вы считаете, мне следовало вас предупредить? А мне казалось, что для этого мы недостаточно близко знакомы.

- Недостаточно близко, говорите? Да если бы не вы, меня бы здесь не было сейчас вовсе. Я пришел только для того, чтобы увидеться с вами. У меня очень большие неприятности, Синди. Очень большие. И мне сегодня совсем не до игры в казино.

- Что-то случилось, Виталий? – участливо и озабоченно спросила Катя, беря его за руку. – Ваша мама?

- Нет... Нет. Совсем другое. Не будем говорить о плохом.– Он второй рукой накрыл руку Кати, как в ловушку поймал.

- Может я могу быть чем-нибудь полезна?

- Спасибо, Синди. Это тот случай, когда я могу и должен справиться сам.

- Тогда, может, вам не следует терять время на беседы со мной?

- Все, что от меня зависело, я уже сделал. На данном этапе мне остается только ждать. Вы действуете на меня, как бальзам, Синди. Если бы не вы, я бы сейчас метался, как зверь в клетке, и рычал страшным голосом.

- Вы пугаете и интригуете меня одновременно.

- Оставим эту тему. И... давайте уйдем отсюда. Сделайте мне такой подарок. – Заметив колебания на ее лице, он поспешил добавить: - Только не вздумайте отказываться. Ведь вы хотели мне помочь. Мне очень не помешает сейчас отвлечься.

- Виталий, - с лукавым осуждением сказала Катя. – А как же ваша дама сердца? Что она о вас подумает?

- «Дама сердца» перестала существовать с того дня, как я увидел вас, Синди. Мое сердце свободно и распахнуто настежь, как окна весной. Разве вы не слышите, как оно кричит вам: Не проходите мимо!

Катя звонко рассмеялась.

- У вас потрясные зубы! – восторженно заметил Ломов. – С такой улыбкой только в кино сниматься... Кстати, не доводилось испытать себя на этом поприще? А то могу посодействовать. У меня на Мосфильме много друзей.

- Терпеть не могу сниматься в кино. И сниматься вообще, - вполне искренне ответила Катя.

- Значит, вы составляете приятное исключение среди себе подобных.

- Кто вам сказал, что у меня есть «подобные»? – возмутилась она. – Я единственная и неповторимая!

- Абсолютно с вами согласен. – Отработанным жестом сердцееда он поднес к губам ее руку и поцеловал, не спуская с Кати глаз. – Так мы уходим?

- Куда?

- Какая разница, куда. Поужинаем где-нибудь вместе. Пообщаемся. Здесь слишком много соглядатаев. Они действуют мне на нервы.

- Признаться, мне тоже.

- Тогда по коням?

- Относительно «коней»: я ведь с машиной.

- Не проблема. Один из моих телохранителей поедет на ней следом. Или мы скажем ему, где ее оставить.

Катя невольно улыбнулась, вспомнив, как накануне улепетывала от ищеек Ломова, чтобы они, не дай Бог, не засекли ее машину. А теперь вот она собственно-ручно должна передать им ключи от нее.

Они вышли из подъезда. Два телохранителя, как две тени, неслышно скользнули следом. Катя долго искала в сумочке ключи, мысленно просматривая салон машины, вспоминая, что есть у нее в «бардачке», в подлокотнике и боковых карманах, хотя, еще дома, предвидя подобный поворот событий, убрала оттуда все лишнее, все, что так или иначе могло дать им о ней хоть какую-то информацию. Она не забыла даже отделить квартирные ключи от машинных. И теперь похвалила себя за предусмотрительность.

- Вон та темно-серая «Ауди», - небрежно бросила Катя, вручая Ломову ключи.

Подозвав одного из телохранителей, он уточнил:

- Куда моему человеку следует ее доставить?

- К «Метрополю». А ключи пусть оставит в отделе регистрации, у портье.

- Ну вот я и узнал, где вы обитаете, - удовлетворенно ухмыльнулся Ломов.

- Думаю, без моего прямого участия вам это мало что даст, - показала уже совсем другие зубки Катя.

Они провели остаток вечера в каком-то очень дорогом, закрытом ресторане, ублажая желудки изысканными заморскими деликатесами, а слух – старинными отечественными романсами. Ломов вел себя более чем пристойно, не допустив ни одной вольности ни словом, ни жестом. Катя отлично понимала, что несмотря на ее присутствие, на душе у него погано и ему сейчас не до флирта.

Поэтому, уже заполночь подвозя ее к «Метрополю», он даже не пытался настаивать на том, чтобы «проводить ее до номера». Но, целуя ей на прощание ручку, сказал:

- Мы ведь не станем ждать следующей игры в казино, верно? За эти два дня я разберусь со своими проблемами и сам позвоню тебе, если не возражаешь.

- Конечно, не возражаю, - многообещающе улыбнулась Катя. – Только вот номера телефона своего я не помню.

- Не беда. Я узнаю его за несколько минут. Приятных сновидений.

Забрав ключи у портье, Катя поднялась в свои двухкомнатные апартаменты и уже через несколько минут крепко спала на широкой, хрустящей крахмальными простынями постели.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ