Читаем Крах империи евреев полностью

Будущий королевский казначей появился на свет около 1395 года в Бурже (Bourges) – городке в Центральной Франции при слиянии рек Эрен и Орон (на реке Шевр), в исторической области Берри. В древности Аварикум (Avaricum), главный город галльских битуригов. Бурж, старинный беррийский город, молчаливый, спокойный, серый как монастырь, по праву знаменитый своим прекрасным собором, он и в настоящее время обладает, рядом сооружений, интересных ценителям прошлого. Среди них дворец – того самого Жака Кера. Историки-романтики сочли необходимым украсить легенду и увеличить его личные заслуги, для чего назначили ему родиться в бедности.

Однако никак нельзя отнести семейство Кёр к простонародью, ведь оно владело собственным домом в городе, процветавшем благодаря дворцу герцога Беррийского Жана Великолепного, которого обессмертили в своих хрониках лимбургские монахи. Отец Жака Кёра занимался весьма прибыльным делом – торговлей мехами. Он принадлежал к числу влиятельных горожан Буржа. Один из братьев Жака Кёра, Никола, состоял каноником в герцогской часовне, а сестра его вышла замуж за некоего Жана Бошетеля, секретаря короля Карла VI. Что касается его жены, Масэ де Леодепар, то она была дочерью высокопоставленного герцогского придворного и внучкой мастера монетного двора. Другими словами, хотя семья и не была очень богата, мальчик от самого рождения принадлежал к той городской аристократии, которая уже более века поднималась все выше и выше. Мальчик был из касты евреев, и это предопределило его жизненный путь.

О воспитании Жака Кёра в детские годы известно мало достоверного, поэтому остается лишь прибегнуть к игре догадок. Его собственная семья и семья его тещи с давних пор занимались чеканкой монеты и ювелирным делом, и весьма вероятно, что по обычаю того времени он, продолжая семейную традицию, шесть лет учился этому ремеслу. Ювелирное дело доставляло тогда много выгод и преимуществ. Оно даже давало личное дворянство и весьма облегчало доступ ко двору. Именно таким образом Кёры и Леодепары приблизились к Беррийскому дому. Что касается других занятий Жака Кёра, то мы о них почти ничего не знаем, кроме того, что он не учился в университете, а только прошел курс теологии и был посвящен в низший духовный сан. Это не помешало ему жениться и позволило всю жизнь, а особенно во время суда, пользоваться привилегиями и льготами, предоставленными духовенству.

Оперившись, Жак Кёр и два его сотоварища, Рован-Датчанин и Пьер Годар, получили в свое управление городской монетный двор. Все естественно, если опять вспомнить, что он был из среды евреев-финансистов и должности эти передавались только в этой касте. Первый известный нам подлинный документ, относящийся к Жаку, это разрешительная грамота короля Карла VII от 6 декабря 1429 г., по которой он и его сотоварищи были прощены в чеканке монет «дурной пробы», то есть из такого серебра, которое не соответствует королевским указам. Монеты же, чеканившиеся Жаком Кёром в начале его деятельности, имели надписи: КАR. Francorum. RЕХ. RITUR, то есть «Король Буржа», откуда и пошло это выражение. Так что неизвестно кто был королем в Бурже – Жак или бежавший туда из Парижа Карл?

Эта мелкая неприятность нимало не повредила карьере нашего героя. В то время сам король имел все основания быть снисходительным к банкиру, чьи деньги помогали содержать победившее под Орлеаном войско Жанны д'Арк. Жак Кёр был не только не удален от двора, но получил повышение – стал придворным поставщиком и совершенно естественно его банкиром.

С этого времени Карл VII постоянно прибегал к помощи Жака Кёра, чтобы найти деньги для войн и на другие нужды. А наш новоявленный финансовый гений охотно давал ему кредиты на очень долгие сроки. Война требовала денег, а деньги требовали двойного контроля.

После того, как на старой рыночной площади была сожжена Жанна д'Арк и война на четверть века более или менее затихла надо было опять торговать. Для дел с Левантом у Франции тогда не было ни флота, ни портов, способных принимать большие суда, ни дипломатических соглашений, позволяющих вести дела с другими странами. Все это было привилегией орденов.

Прежде чем приступить к осуществлению своих замыслов, Жак Кёр предпринял опасное разведывательное путешествие в Дамаск, Бейрут и некоторые другие столицы Востока.

Затем он приступил к строительству хорошо оборудованного порта на Средиземном море, для чего был избран Монпелье, по причине довольно хороших дорог, связывавших этот город с внутренними провинциями королевства. Жак Кёр заставил городских советников Монпелье вырыть каналы, необходимые для приема больших галионов. На некоторые работы он дал собственные деньги и, к величайшей радости горожан, начал строить «купеческий дом», предназначенный одновременно для биржи и для торгового суда.