Читаем Крабоид полностью

Он умолк, только посматривал с непонятным выражением лица. Марианна наконец перестала вздрагивать и кутаться, Шерлок снял одеяло с ее плеч и передал медикам, а она отошла с нами в сторонку.

Я заметил, что смотрит на меня все с той же настороженностью, зато Шерлок сказал бодро:

– С Крабоидом пошла карта!

Она ответила тихонько:

– Может быть, он какой-то суперсолдат из секретной лаборатории?.. Я недавно в кино видела… Там он сбежал, но потерял память…

Шерлок поинтересовался как-то слишком лениво:

– Почему так решила?

– А он как-то странно откликается на слова «долг», «исполнить»… Крабоид, ты солдат?

Я подумал, ответил осторожно:

– Все мы солдаты на охране мира и порядка.

Она повернулась к Шерлоку.

– Видишь?.. В первую очередь солдат, все остальное потом.

– Это хорошо, – буркнул он. – Люди долга – лучшие люди на свете. С ними надежнее. Знаешь, поехали отсюда. С домом разобрались, вопрос закрыт. Хотя я не понял, зачем ты там все обрушила.

– Ну и шуточки, – огрызнулась она. – Меня чуть не расплющило! Просто чудом спаслись.

Он кивнул.

– Да-да, чудом. И, кстати, уже не первый раз.

Она бросила на него быстрый взгляд.

– На что-то намекаешь?

– Нет-нет, – ответил он, – какой из меня намекиватель?.. Проще и яснее меня разве что программа коммунистической партии. Но с Крабоидом нам везет здорово, верно?

– Верно, – ответила она настороженно. – Повезло…

– Еще как, – согласился он.

Мне тоже повезло, подумал я. К счастью, в самом начале воссоздался не в гуще этой странной аномалии материи, а на той поверхности, что почти достигает опасного и манящего людей космоса, на вершине одной из самых высоких гор.

Однако даже там, на границе со смертоносным холодом, атмосфера оказалась заполнена сложнейшей и устойчивой формой жизни, которую просто не мог себе представить и вообразить, но каким-то образом существует, и надолго приковала меня там на месте, где старался понять эту форму существования материи, но так и не сумел.

Люди называют это простейшими, дескать, бактерии да вирусы, их во внимание никто не принимает, но я никогда раньше ничего более сложного не видел, и много раз распадался от чрезмерных усилий понять, с чем столкнулся.

Понять не понял, просто заставил себя привыкнуть, что здесь именно вот так, и даже если непонятно, то все же пойму потом… но усомнился, когда начал перемещаться по склону горы вниз, где обнаруживал все более сложные формы строения материи, так называемой биологической жизни.

Но самое большое потрясение было, когда увидел внизу в долине леса, а между деревьями мелких существ, которые перемещались в пространстве. Их существование никак не укладывалось в моем сознании, а возникновение объяснить ничем не мог.

– Убираемся? – предложил Шерлок. – Бугай на совещании в министерстве, ему вряд ли сообщили.

– Я не жду, – ответила Марианна. – Так, прихожу в себя.

– Я поведу?

– Лихачишь, – отрезала Марианна. – А мы, самки, как говорит Крабоид, осторожные. И дисциплинированные!

Шерлок поинтересовался:

– Может, Крабоид поведет?

Марианна дернулась, глаза стали огромными.

– Ну и шуточки у тебя!

– А что, – ответил Шерлок медленно. – Память здесь не нужна, достаточно рефлексов. А рефлексы у него, как видим, еще те… Крабоид?

– Поведу, – ответил я.

Марианна вскрикнула так испуганно, что не вскрикнула, а вспискнула:

– Только не сейчас!.. И не мой автомобиль!..

Она поспешила к машине, Шерлок, посмеиваясь, пошел со мной следом, но улыбка на его губах показалась не совсем натуральной, а взгляды бросал на меня, когда считал, что я его не вижу, опасливо-настороженные.

Марианна села на левое сиденье, Шерлок занял место с нею рядом, а я привычно разместился сзади. Автомобиль медленно выбрался на дорогу, а там Марианна перевела его в крайний левый и прибавила скорость.

Шерлок помалкивал, как и Марианна, но женщины долго молчать не могут, как считается здесь, Марианна уже через минуту, не снимая ладоней с баранки руля, бросила на Шерлока косой взгляд.

– Чего постоянно чешешься? Весь в лишайнике, как утес на Волге?

– Утес мохом оброс, – напомнил Шерлок, – а не лишаями. Какой ты полицейский, если не знаешь разницы? Чему тебя в полицейской академии учили?

– Да, – ответила она, – какой-то ерунде, уже и не вспомню.

– Мне так легче мыслится, – пояснил Шерлок. – Когда чешусь.

Он запустил пятерню в расстегнутую рубашку и с наслаждение подрал с треском ногтями грудь, а потом и в подмышках.

– О бабах?

– Почему? – изумился Шерлок. – Чего о такой ерунде мыслить, здесь проблем нет, не намекивай. Да и вообще бабы и мысль несовместимые понятия, не знала?

Она спросила негромко:

– А о чем мыслил?

Он кивком указал в сторону заднего сиденья.

– Ты же знаешь, чего спрашиваешь?.. Будут идеи, поделись.

– Я не Коперник, – огрызнулась она. – Я офицер полиции, у меня есть устав и правила караульной службы.

– Как удобно, – буркнул Шерлок. – Почему я родился великим мыслителем?.. Надо бы теорию общего поля придумать, а я за мелкими карманниками гоняюсь, самолюбие тешу.

– Попадаются и крупные, – напомнила она.