Некоторое время лежал с опущенными ставнями на глазах, называются веками, а когда оба уснули, включил телевизор и, уменьшив яркость до полной темноты, а звук до почти полного исчезновения, продолжал смотреть и слушать.

Пойму потом, как надеюсь, хотя биологическая жизнь и удивительно сложная, а пока нужно впитывать о ней все, что можно получить из всех источников информации.

Кстати, не забывать, что при Шерлоке и Марианне нужно резко ограничить свое зрение тем диапазоном, в котором воспринимают мир они, иначе покажусь еще более сумасшедшим, чем уже считают.

Даже стены для меня не стены, я не только вижу сквозь них, и свободно пройду, не чувствуя сопротивления, мы же из одних и тех же атомов, что висят в так называемом пространстве на огромных расстояниях друг от друга. Люди уже знают, что сами на девяносто девять процентов состоят из пустоты, как и эта якобы плотная стена, но еще не умеют этим знанием пользоваться.

На экране быстро-быстро сменяются картинки, надо бы замедлить восприятие, чтобы и для меня эти отдельные кадры сцеплялись один с другим, и получалось бы плавное движение, хотя ладно, еще не существенно.

На улице людей все меньше, наконец, там затихло, если не считать равномерный шум квантового бурления и резкие сигналы туннелирования в пространстве. Я просматривал телепередачи и одновременно оглядывал весь квартал, стараясь понять, как отражается это время суток на жизни города.

Ночь, естественно, для меня не ночь. Впрочем, населяющие планету существа тоже видят ее по-разному, даже собаки и кошки, а уж насекомые с их фасеточными глазами, я знаю, пробовал, когда пытался понять деревья и растения, а сейчас у меня должно быть то состояние, которое люди называют сном…

Шерлок и Марианна наконец заснули, я некоторое время лежал неподвижно и с закрытыми глазами, пусть думают, что сплю, а когда в доме все затихло, перешел в общую форму, которой заполнен мир, а в виде человека воссоздался уже на той стороне здания, даже по другую сторону проезжей части, хотя уже понимаю, что так рискованно, кто-то да не спит и может увидеть, нужно просто просачиваться сквозь стены на крыльцо дома, а оттуда спускаться по ступенькам медленно и плавно, во всем повторяя движения и жесты Шерлока.

Сейчас смешно, что я много лет провел в лесу, даже не представляя, что-то причудливое и немыслимое образование, как деревья, с которыми столкнулся и обомлел от их сверхсложной структуры, еще не все, есть намного сложнее.

С другой стороны, накопил огромный пласт информации о растительном, как здесь говорят, и даже о животном мире, хотя для меня это долго было одно непонятное состояние, что просто не может существовать по всем законам, но как-то существует.

И тогда однажды, когда решился оставить место, где провел несколько быстро сменяющих один другой сезонов, называемых зимами, изучая это странное явление, называемое жизнью, после долгого неспешного продвижения через леса, реки и горы вышел в еще более удивительное, что сперва издали напомнило муравьиные горки из белого песка, но оказались не горки, а жилища, в которых живут те, к которым и нужно было мне присмотреться.

С другой стороны, если бы не изучил этот мир с растениями и насекомыми, ни за что не приблизился бы даже к отдаленному пониманию этих существ, что ходят на задних конечностях и переговариваются друг с другом куда более сложными звуками, чем птицы или звери.

Присмотревшись к ним, пока жил в том сарае, я принял такую же форму, поднялся на задние конечности, передние некоторое время болтались без дела, потом несколько раз менял форму тела, наблюдая за людьми.

Они живут тоже стадом, как и волки, управляет вот тот, крупный, а это значит, нужно и мне быть таким же крупным… и укрытым чем-то очень странным, непохожим на листья или кору деревьев. Похоже, как и кора, что сохраняет ранимую плоть дерева, так и эти покровы оберегают нежные тела этих существ, а без них я пока людей еще не видел, так что нужно создать именно такое…

Часть 2

Глава 1

Вдали по улице, стараясь держаться освещенной стороны, быстрыми шагами пробежали двое, самец с самочкой. Оба явно зябнут и торопятся в свои норки, чтобы поскорее впасть в оцепенение. Ночью температура слегка снижается, а для этих существ такое очень заметно. Существуют, как я уже себе напоминал, в очень узком диапазоне температур, давления и вообще всего-всего. Даже гравитация если бы увеличилась в этой области пространства или даже на этой единственной планете всего в два-три раза, моментально все погубила бы, разве что насекомые бы уцелели, но и перестали бы передвигаться по воздуху, а только по земле…

Решившись, я медленно побрел вдоль высотных домов по тротуару, это та часть улицы, куда нельзя колесным устройствам.