Читаем КПСС у власти полностью

Такова история «чуда» спасения большевиков. Временное правительство, составленное, после ухода кадетов, в большинстве из представителей революционной демократии, естественно, не могло довести начатое дело до конца. А Натансон, сделавшийся лидером партии левых эсеров, выделившейся к осени 1917 года в независимую партию, действовал вольно или невольно и дальше совместно с большевиками на основе того прочного кольца «круговой поруки», которым он связал себя и своих друзей еще до приезда в Россию. Эту основную черту ныне невозможно выкинуть из истории возникновения лево-эсеровской партии, из всей линии ее политического развития. В свете новых фактов, сближение левых эсеров с большевиками, может быть объяснено не только совпадением политических целей осенью 1917 года, но и приведенными нами выше факторами связи с немцами, которые лидер партии эсеров Чернов предпочитал называть «тайнами индивидуальной психологии» …

В условиях угрозы разгрома большевистская партия стремилась выйти из изоляции. Она стремилась расшириться в сторону тех самых «предателей» — меньшевиков и эсеров, которые, как писал Ленин, «поддерживали палачество» Керенского.

Весьма характерно, что несмотря на обычную брань по адресу меньшевиков, входивших в правительство, Ленин в своей статье «К лозунгам» ни словом не обмолвился о группе меньшевиков-интернационалистов. Наоборот, в статье много раз повторяется тезис Мартова о будущем русском генерале Кавеньяке, высказанный лидером меньшевиков-интернационалистов еще в июне.

VI съезд партии собирается под лозунгом «Объединения интернационалистов против мелко-буржуазного оборончества», — лозунга проложившего к большевизму дорогу сначала влиятельной группе межрайонцев, куда входили многие видные меньшевики, а потом и части левых эсеров.

Действительно, в Организационное бюро по созыву съезда сразу входят представители межрайонцев. Один из их лидеров, Юренев был избран в немногочисленный президиум. По поручению Организационного бюро, съезд открыл много раз качавшийся между большевиками и меньшевиками бывший народоволец М. С. Ольминский, что должно было продемонстрировать общее примирение на базе борьбы против оборончества.

На съезде формально было представлено около 240 тысяч членов партии, однако в действительности, считая и организации межрайонцев, было представлено значительно меньшее число членов, ибо в съезде участвовало всего 157 депутатов с решающим голосом. В то же время нормы, установленные Организационным бюро, были: один делегат от каждой организации, имеющей от 500 до 1000 человек и один делегат — от каждой тысячи членов там, где членов партии было более тысячи.

Слившиеся с большевиками межрайонцы были лишь первой группой людей, вышедших из революционного подполья, которые пошли к большевикам ради соучастия во власти. За ними последовали многие меньшевики, бундовцы, эсеры. Но это случилось позже.

На VI съезде в партию вошел Троцкий, уже в июле признавший «дикости Ильича», как он назвал апрельские тезисы, «идейным перевооружением большевиков» … Обладая бесспорно личной смелостью и организаторским талантом, находясь во время съезда в тюрьме, Троцкий окончательно нашел общее с большевиками в ненависти ко всякой демократии и правопорядку. Считая выборы «перекличкой», он увидел, что партия Ленина есть готовый инструмент для захвата власти. Подняться на высоту председателя Советов, совершить вооруженный переворот с помощью, главным образом, матросов при бессилии всех политических противников, он, вероятно, мог и один с небольшой группой своих сторонников, при наличии материальных средств. Но удержать власть без готового, хотя и слабого еще аппарата диктатуры в лице партии, он не мог и, как показали его многочисленные высказывания впоследствии, хорошо понимал это.

На съезде был снят лозунг «Вся власть Советам!» Он был заменен лишь слегка прикрытым призывом к непосредственному вооруженному восстанию. Как мы уже видели и сам лозунг «Вся власть Советам!» был фактически лишь прикрытием открытого призыва к свержению Временного правительства, лозунгом, которым большевистская партия лишь камуфлировала свою цель — захват власти. Теперь, после июльских событий значительная часть состава советов и, прежде всего, Петроградского совета активно мешала большевикам в захвате власти и, следовательно, лозунг о передаче власти рабочим и солдатским депутатам потерял для большевиков все свое значение.

Этот момент в истории партии чрезвычайно характерен — Ленина совершенно не интересовала передача власти рабочим и солдатам вообще, его интересовала лишь власть партии, которая претендовала на представительство всех рабочих России, имея едва 5 тысяч членов к Февральской революции. Предлагая снять лозунг временно, Ленин совершенно откровенно писал: «Это не вопрос о Советах вообще, а вопрос о борьбе с данной контрреволюцией и с предательством данных Советов … Лозунг о передаче власти Советам может быть понят, как „простой“ призыв к передаче власти именно данным Советам …»[99].