Читаем Ковен возрожденных полностью

– Не тебе мне приказывать, – цедит сквозь зубы.

– Да, но сейчас я Голос, выбранный Сувереном, поэтому в нынешней ситуации я выше тебя. Ты уберешь оружие и будешь молчать, пока Суверен не укажет иначе.

Они дырявят друг на друга взглядами, и я пытаюсь не сильно осуждать себя за то удовольствие, которое получаю, наблюдая за стычкой между ними.

Сурин уходит, а Ори смотрит ей вслед с недовольным видом.

– Кажется, твоя девушка тебя недолюбливает, – говорит ему Бастьен.

Ори бросает на него сердитый взгляд и идет следом за Сурин.

– Думаю, мы все больше сближаемся с ними, – невозмутимо говорит Вален.

Я закрываю рот, чтобы сдержать смех, но безуспешно. Изо всех сил пытаюсь взять себя в руки, но чем больше пытаюсь, тем сильнее смеюсь. Пара Стражей с осуждением смотрят на меня. Уверена, я выгляжу как чокнутая. Хорошо. Может, если они будут считать нас сумасшедшими, они не станут нападать на нас.

Мое хихиканье постепенно становится заразительным, и все ребята начинают хохотать. Чем больше они смеются, тем больше смеюсь я. Бессмысленно страдать от приступа веселья посреди всего того дерьма, которое происходит, но мне все равно.

Ори оглядывается на нас через плечо, и я не могу прочесть выражение его лица.

О да, мы все больше сближаемся с ними.

Торрез рычит на меня, когда я выскакиваю из защитного круга, который образовали мои Избранные. Оглядываюсь и посылаю ему воздушный поцелуй, потом направляюсь поговорить с Калланом и остальными.

Мы идем уже несколько часов и по большей части молчим, погруженные в размышления. Похоже, приступ хохота высосал из нас последние остатки энергии. В тишине мое терпение все больше истощается. Я планировала поговорить с Энохом и его ковеном, когда мы останемся одни (будет ли вообще такое?), но острая необходимость обсудить новые руны ребят не дает мне откладывать разговор.

Бэкет поднимает взгляд и слегка улыбается, когда я чуть отстаю и ровняюсь с ними. Отвечаю такой же улыбкой, отметая сомнения. Я все еще ожидаю, что у него снова вспыхнет ненависть ко мне, и не понимаю, как реагировать на то, что ничего такого не происходит. Нам нужно поговорить об этом, но желательно наедине, но пока такой возможности нет.

– Вы как? В норме? – тихо спрашиваю я.

Ори и еще один крылатый Страж снова оборачиваются, и я задаюсь вопросом, способны ли они, как и я, усиливать слух, чтобы подслушивать.

– Не уверен, что кто-то из нас близок хоть какой-то норме, – отвечает Каллан, и я хлопаю его по плечу.

Энох фыркает, соглашаясь с оценкой Каллана.

– Ага, я даже и не знаю, что думать об этом всем, – подтверждает он.

– Как эта сучка могла так легко отметить нас? Я думал, катализатором должны быть секс или еще какая-нибудь хрень, – добавляет Бэкет.

Я пожимаю плечами.

– Стражи могут отметить Избранных и без секса, но при этом должно быть намерение, как это случилось с Торрезом и Сиа. Ее же удивила собственная магия, как и меня, когда я неосознанно отметила Валена, Бастьена, Сабина, Райкера и Нокса. Так что не знаю, ребят.

– Могла бы и предупредить, что это больно, – шутит Нэш, но от меня не ускользает гримаса, пробежавшая по его лицу.

Я невесело усмехаюсь и закатываю глаза.

– Пока это только руны Избранных, подожди, когда станешь полноценным Стражем, – говорю я и резко замолкаю.

Серьезно? Они станут полноценными Стражами? И будут связаны с этим кошмаром в юбке? Не в юбке, но все равно. Я не решаюсь высказать это вслух, и воздух вокруг нас становится тяжелым.

– Как нам избавиться от этого? – наконец нарушает тишину Бэкет, указывая на горло. Энох и Нэш обмениваются взглядами, но я даже не пытаюсь их истолковать.

Во мне снова начинает закипать разочарование. Наступит ли вообще в моей жизни такой момент, когда я перестану испытывать эту отнюдь не вдохновляющую эмоцию? Я надеялась найти здесь ответы. Надеялась, что у меня получится собрать все кусочки пазла воедино и наконец понять, кто я. И что?

Мой раздраженный взгляд перескакивает на наших проводников, молча ведущих нас неизвестно куда. Они так похожи на меня, но при этом так сильно отличаются.

Я чувствую, как крошечный огонек надежды гаснет с каждым шагом по направлению к тому месту, где они живут. Я не слишком уповала на этот тлеющий огонек в груди, потому что боялась испытать еще большее разочарование. Но… Если честно, я надеялась, что найду здесь своих. Что они примут меня с распростертыми объятиями и окажутся именно теми, кем бы я хотела их видеть.

Мне стоило догадаться.

Мы снова погружаемся в задумчивое молчание, идем, машинально переставляя ноги. Идем, идем и идем, как вдруг местность вокруг нас начинает меняться. Деревья редеют, и земля становится ровнее. Стражи-проводники становятся все более напряженными, чем ближе мы подходим к месту назначения. И затем, как и в случае с барьером, защищающим это место, мы поднимаемся на холм, и вот он… город.