Читаем Ковчег. Новый дом полностью

Сима, синхронизируя передатчик, закладывала в сообщение координаты текущей аномалии, тактическую сводку, характеристики эманаций, а также полный протокол захвата системы – включая отключение минных полей, подавление обороны, нейтрализацию научной станции и артефактную активность.

“Запрос: немедленное прибытие Ковчега в указанный сектор. Цель: поддержка исследования аномалии, предположительно связанной с активной структурой Древних. Требуются: инженерные блоки, термоядерные реакторы малой серии, лаборатории фазового анализа, терраформирующие модули класса «Ткачей». Полномасштабное подключение к сетям контроля системы. Повышенный уровень допуска. Угроза активации аномалии без вмешательства – высокая.”

Немного погодя, когда всё было готово, сигнал был отправлен. Сима зафиксировала в логах:

“Вероятность прибытия Ковчега по данному запросу: девяносто семь процентов. Время ожидания на вход в систему: от четырёх до семи часов. При использовании технологий перехода Ткачей. Приоритет цели признан критическим. План Б – автономная попытка раскрытия аномалии – риск активации без контроля: семьдесят три процента.”

Серг, узнав о передаче, кивнул:

– Значит, скоро Ковчег будет здесь.

“Он не опоздает. – Уверенно ответила Сима. – У него есть причина. И эта причина сохранение приоритетов и исполнение приказов.”

Они знали – Ковчег идёт. А это значит только одно. Времени осталось немного. После отправки сигнала и подтверждения его доставки Сима немедленно инициировала режим подготовки к встрече планетоида, размером в сто двадцать километров, способного изменить ландшафт любой системы, где он появлялся. Несмотря на внешнюю громоздкость, Ковчег не был просто колоссом – это была блуждающая цивилизация, способная колонизировать, строить, защищать и, при необходимости, стирать под корень.

И теперь по всей звёздной системе шёл системный сбор. На захваченной научной станции дроны сгоняли учёных в специальный модуль – изолированный, герметичный и полностью под контролем Симы. Там их ждали ограниченная вода, кислород, и голографический интерфейс с холодным лицом ИИ. Сима вежливо, но с абсолютным равнодушием собирала воспоминания, протоколы, пароли, логины и интеллектуальные образы с каждого. Особенно с тех, кто имел доступ к аномалии.

На аванпосте дорабатывалось всё оставшееся целым оборудование: боевые терминалы, запасные ядра дроидов, модули турелей, энергоячейки, старые архивы. Большинство этих вещей погрузили на автоматические челноки. Они отбыли в направлении центральной зоны, которую Сима уже обустраивала как временный штаб операций. На линкорах-платформах модернизировали блоки наведения, энергомагистрали и старые, но ещё работающие системы гашения отдачи.

Над всем этим парил “Клинок Пустоты”, грозный и величественный, медленно курсируя между ключевыми объектами, обеспечивая защиту и наблюдение. Его корпус играл приглушёнными отблесками – система маскировки теперь не имела смысла: враг был повержен, и остался только гость – Ковчег.

Сима не рассчитывала на тишину. Вокруг научной станции были выставлены блоки плазменных турелей, перенастроенных с платформ. Боевые дроны рассредоточились по ключевым траекториям, составив три эшелона охраны. Активировались гравитационные якоря, чтобы стабилизировать орбиты обломков, сбитых кораблей и захваченных объектов, во избежание коллизий при входе Ковчега. Была создана временная орбитальная зона разгрузки – плавающий в пространстве каркас, к которому должны были пристыковаться рабочие модули и грузовые капсулы Ковчега.

Всё это время Серг безвылазно находился на мостике и наблюдал за тем, как всё выстраивается в стройную, холодную геометрию предстоящего контакта.

– Ему нужно много месте. – Глухо пробормотал он, глядя на тактическую карту. – Даже больше, чем я ожидал.

– Естественно. Это же не просто корабль, – отозвался Хорус с нижней консоли. – Это полноценная промышленная база, что может дать нам возможности. Не только к изучению этой аномалии, но даже к колонизации планеты.