Читаем Ковчег полностью

— Ты думаешь, есть кто-то еще? — затаив дыхание, предположил Бриан, испытывающе глядя на блайтера.

— Есть… — после некоторого раздумья некрасиво усмехнулся Рогман. — Я бы назвал это судьбой… Случилось что-то страшное… но в этом не виноват никто. А легенды о схватках с Богами, видимо, появились позже, когда наши предки, которые когда-то правили этим Миром, оказались в общем котле истории со своими бывшими подопечными.

— Зачем ты мне это говоришь? — внезапно с непонятным ожесточением поинтересовался Бриан. — Я и так уже запутался дальше некуда… — с трудом подавив в себе вспышку раздражения, признался он, кинув косой взгляд на застывшую фигуру металлического истукана.

— Нет смысла ненавидеть… Кто-то из нас однажды должен остановиться, встать чуть выше этого, взглянуть на Мир без злобы, что застилает глаза.

— Зачем? — упрямился Бриан. — Сколько ни бейся, а тот же зеленый не станет жрать с твоей ладони, скорее отхватит тебе пальцы! — с досадой констатировал он. — Ты не вернешь в Мир утраченный Золотой век, Рогман. Слишком долго длилась эта тьма… Мне кажется, что историю не повернешь вспять!

— Я знаю, — дрожащим голосом ответил блайтер. — Но, может быть, речь идет не о возврате Золотого века? Знаешь, о чем я подумал, глядя на него? — Рогман вдруг безбоязненно коснулся покатого плеча металлического человека, который продолжал сжимать в кулаке торчащий из стены черный шланг. — Он пришел сюда что-то сделать… И не смог. Его убили. Не смог он, не смогли еще сотни таких же… Но они пытались… — Рассуждения блайтера казались сбивчивыми, недосказанными, он говорил скорее интуитивно, чем осознанно, но Бриан даже не попытался возразить. Иногда он просто не понимал Рогмана. Казалось бы, столько унижения, боли, бесчеловечного отношения к себе вытерпел тот, выполз в конце концов на свет из мрачных подземелий, и что? Что он должен испытывать к разношерстной толпе полудиких ублюдков, каждый из которых с наслаждением бьет себя в грудь и кричит, брызжа слюной: это я, я истребил твоих предков!

В понимании Бриана была только одна цель, которая могла оправдать их безумную экспедицию сюда. Если там, над хрустальным небом, которое подпирают верхние этажи пирамидальной башни, действительно живет некий дух поверженных в забвение богов, спящая многие века сила, которая может называться как угодно — хоть «военный контроль», хоть «кибермозг», хоть сама Пресветлая Кимпс… пусть бы она проснулась, чтобы выслушать своих потомков, и стерла в порошок тех, кто осмелился глумиться над людьми…

Все эти чувства были сейчас ясно написаны на лице воина, и Рогман не собирался с ним спорить. Совсем недавно он мыслил точно так же.

— Пойдем, — попросил он. — Нужно подняться наверх, узнать, что там кроется на самом деле, тогда и станем решать, как быть дальше.

— А он? — Взгляд Бриана метнулся к изрешеченному железному человеку.

— Пусть стоит. Мы не можем ему помочь.

Странник кивнул. Ему все меньше и меньше нравилась их затея, но отступать было поздно. Оставалось одно — идти вперед, этаж за этажом, пока не случится одно из двух — либо они достигнут верхних уровней и тогда перед ними, наверное, приподнимется некий полог висящей над Миром тайны, либо они столкнутся с неодолимым препятствием и тогда придется повернуть назад.

В душе Бриан не знал, какой выход понравился бы ему больше. Он испытывал множество незнакомых доселе чувств, и, шагая вслед за Рогманом по хрусткому ковру обломков, усеивавших пол коридора, он нет-нет, да и оглядывался через плечо на застывшую в отдалении фигуру металлического человека.

Бриан никак не мог отделаться от ощущения, что тот смотрит ему вослед своими выпуклыми черными глазами-стеклышками.

* * *

Кем бы ни был автор письма, адресованного далекому предку Бриана, но в своих умозаключениях этот древний воин оказался абсолютно прав: по прошествии веков этажи башни казались полностью покинутыми, мертвыми, и лишь многочисленные свидетельства бушевавших тут битв покрывали пол, стены, потолки помещений незаживающими отметинами.

У Рогмана создалось ощущение, что отсюда на простор среднего Мира (так он мысленно окрестил земли, которые были освещены несколькими солнцами) пыталось вырваться нечто воистину ужасное и разрушительное.

То, что этой слепой силе противостояли именно люди, не вызывало никаких сомнений.

Несколько раз на протяжении вереницы нескончаемых залов уровня им попадались истлевшие в прах останки человеческих тел. Рогман шел, глядя на безобразные, черные по краям дыры, что зияли во многих местах, указывая на расположение неких устройств, которые раньше висели на стыке потолка и стен. Сейчас от них остались давно застывшие потеки железа да обугленные провода. Что это могло быть, он даже затруднялся представить.