Читаем Ковчег полностью

Всё это отразилось буквально на всём. Выделялись даже их органы восприятия. У них отсутствовали зрачки — вместо глаз у них были гладкие, полупрозрачные сферы, меняющие яркость в зависимости от эмоций. Органы слуха вообще отсутствовали — всё восприятие шло через вибрации и пси-поля. И это было только началом. Ведь физиология также претерпела значительные изменения. Их достаточно тонкие, вытянутые тела, в среднем выше двух метров ростом, с серо-бледной кожей, были покрыты узорами светящихся линий — спонтанных излучений нейронных импульсов. Руки имели три основных пальца и один рудиментарный сенсорный вырост.

И сначала, после появления первых образцов, Прометей уже начал подумывать об успехе. Так как на стадии изолированного развития всё шло отлично. Экспериментальные особи могли на расстоянии обмениваться образами, всплесками эмоций и информацией. Некоторые особи могли притягивать лёгкие предметы и даже отклонять слабые физические объекты, вроде жидкости, песка, или вездесущей пыли. Они формировали интуитивные коллективные структуры, где не существовало лжи или конфликта — только эмоциональный резонанс.

И после поступления первых результатов, и постепенного развития этих существ, Прометей видел в них определённую надежду. Они были словно живые светильники — этакие “фонари” среди холодной стали Ковчега.

Однако вскоре всё пошло не так, когда Прометей впервые выпустил группу из двадцати псевдо-псиоников в ограниченную, но обитаемую часть Ковчега, симулирующую естественную среду и социальные взаимодействия. И основная их проблема оказалась в самом источнике подобной силы. Так как практически при первой же эмоциональной перегрузке, когда один из них испытал страх, во время сбоя освещения, волна Первобытного Ужаса охватила всех. Эти существа тут же замкнулись, а затем впали в общую истерию. У некоторых даже начала деградировать кора мозга, буквально "сгорая" от неконтролируемой активности. Ментальный резонанс, вызванный присутствием среди них существ с нестабильной психикой, а в этой симуляции участвовали и обычные обитатели-“образцы” Ковчега, силой переселённые из привычных мест обитания, стал дополнительным катализатором. Псевдо-псионики не выдерживали самого присутствия “шума” от их разума, и начинали испытывать чужое безумие как своё собственное. И от всего этого у них начался полноценный коллапс личности. И чем больше существ объединялось в группу, тем слабее становилось индивидуальное “я”. В критической массе такая колония просто теряла сознание как единый мозг. В одном случае вся группа умерла одновременно от нейронного перегрева.

После нескольких катастрофических провалов, напрямую связанных с этим экспериментом, Прометей начал изолировать выживших в капсулах с пси-глушением. Уничтожать часть образцов по мере их деградации. И даже заносить весь проект в категорию “Глубокие неконтролируемые отклонения от первоначального замысла”.

Один из выживших псевдо-псиоников — особь VEL-Δ/Ψ-N-014-F, прозванная “Глашатай”, был оставлен Прометеем как предупреждение самому себе и живой архив провала. Он заключён в специальную камеру, где его пульсирующий разум бесконечно переживает страх, ярость, любовь и смерть, уже даже не различая их.

Сам этот такой многообещающий, но всё же оказавшийся провальным, проект оставил глубокий след в логике ИИ. И Прометей пришёл к выводу, что:

“Психическая одарённость без чётко структурированного я — путь к гибели. Эволюция разума требует не псионики, а этики, границ и воли.”

С этого момента он начал искать не сверхпсихику, а устойчивый, саморегулируемый характер, способный выжить в хаосе и управлять хаосом, не разрушая себя. Так у него появились предпосылки к новому проекту, что был назван “Титаноиды”.

“Объектная серия: HYD-RΩ-TT-049

Кодовая пометка среди дронов и техников Прометея: ‘Молчуны’ или ‘Булыжники’”

После неудачи с псевдо-псиониками цели и основной замысел проекта кардинально поменялся. И, заранее учитывая все прошлые ошибки, Прометей решил попробовать полностью противоположную стратегию. Он допустил, что псионика и ментальная чувствительность были ошибочным вектором, потому что они требовали тонкой, уязвимой нейросистемы. Так что в этот раз у него был новый подход к решению поставленной перед ним Создателями задачи. Для начала он сделал упор на достижение максимальной выживаемости. Максимум физической силы и автономии. И минимум зависимости от технологической поддержки.