Читаем Котел полностью

После встречи с президентом Яйценюх трижды выступал с трибуны перед участниками Майдана. И на колени он его ставил, и требовал извинения, и президент извинялся, только просил оставить власть в его руках до новых выборов, а там выборы покажут, кого народ хочет видеть в царском кресле.

На следующий день под вечер он говорил майдановцам совсем другое, а в третий раз то, что говорил в первый день о своем визите к главе государства.

Это было возможно лишь потому, что майдановцы менялись, пополняли территорию, одни уходили откапывать брусчатку с заточенным кайлом, другие уносили булыжники в мешках. Часть из них была под мухой, часть накачанная наркотиками кайфовала на голых булыжниках просторной площади. Таким образом, поле деятельности для пускания пыли в глаза и вранья перед митингующими, а Яйценюх был классическим лгуном, было довольно удобным: говори все что угодно, вплоть до того, что госпожа Нудельман с полной сумкой пирожков летит на собственных крыльях через океан и вот-вот уже «незабаром» приземлится на Майдане.

Вообще великий, ничтожный, кишкообразный человек Яйценюх, первый начал успешно перенимать манеру поведения западных политиков: в глаза говорить одно, а думать и поступать совсем по-другому. А то и думать уже через час по-другому, и поступать по-другому. Друг Яйценюха боксер Клочка, вся голова которого была в шрамах от побоев на мировых рингах, почувствовал, что у него появился реальный соперник. Сам он, гражданин Германии, где прожил больше десятка лет, и где сосредоточен его бизнес, считал себя ассом швабского поведения: был таким же лживым, необязательным и коварным, как многие швабы. А тут Яйценюх выпирает. Если дать ему один раз в морду боксерским кулаком, ни одного зуба не останется, не сможет вести агитацию, что может повредить быстрому и успешному перевороту и приобщению украинцев к западной цивилизации на положении рабов в первые сто лет.

– Знаешь, Яцек, – сказал Клочка при первой встрече, после общения Яйценюха с президентом, – я тут думал о нас двоих и немного расстроился. Ты стал меня опережать. У тебя появилось больше положительных качеств, чем я видел в тебе раньше: больше врать стал, подлянка от тебя стала исходить, появились успехи в дипломатии. Тебя принял президент, против кого ты так отчаянно, я бы сказал, нагло воюешь, называешь его зэком, вором, а он тебя принимает в своей резиденции, предлагает тебе почти царскую должность, а я остаюсь на задворках. Несправедливо это. Устрой так, чтоб и я побывал у него по вызову, у меня есть ряд вопросов…куда деваться с этими вопросами, до сих пор не могу определиться. На Майдане их изложить? Так там одно быдло. Самый умный среди них Яруш: он знает, как стрелять правой и левой рукой одновременно, а больше ничего не знает. А его рабы настолько не ценят свою поганую жизнь, что сознательно идут под дуло автомата, благо, Янукович не разрешает своим использовать это оружие. Короче сделай так, чтоб я мог побеседовать с президентом.

– О, это очень просто, – похвастался Яйценюх. – На днях приедет зам, зам, зам Госдепартамента США, графиня Нудельман с пирожками, мы с ею сядем, пообедаем этими пирожками, потом я откушаю ее личного пирожка, того, что ниже пупка… Должен сказать, что она давно в меня влюблена. Я уже дал ей слово, что как только стану премьером, весь золотой запас страны вывезу в Штаты взамен на выделение помощи под десять процентов годовых. Так вот, этой Виктории Нудельман я только намекну, и президент Виктор Федорович тут же тебя вызовет.

– Смотри, не подведи.

Клочка остался доволен разговором со своим соперником и стал соображать, как бы его обогнать, в его битой голове носилось немного идей на западный манер, но все же он не был так коварен и подл, как Яйценюх. В чем-то Виктор Федорович импонировал ему: порядочный, добрый, а то, что страдает тягой к наживе, в этом нет ничего предосудительного: кто не стремится к богатству. Что это за президент, который после окончания срока остается нищим? Тут, правда, выступает другое соображение. Как сесть в кресло президента, если не вести борьбу за это кресло.

– Виктор, ты должен подвинуться, – произнес Клочка, лидер партии «Удар» после того, как получил вызов на встречу с президентом.

Человек довольно могучего телосложения, он робел, как ребенок, вступая в президентские апартаменты. Он пытался зайти с другой стороны, полагая, что именно в тот узкий проход с тыльной стороны в целях безопасности заходит президент, но охранник догнал его и после проверки документов, удостоверяющих личность, отвел боксера к центральному входу, где стояло еще несколько охранников, сказал им:

– Он по вызову, проверьте, совпадает ли фамилия.

Клочка прошел в светлый зал с очень высокими потолками, висячими люстрами от которых исходил чудесный свет и с трудом обнаружил такого же человека могучего телосложения, глубоко утонувшего в мягком кресле. «Мы вдвоем могли бы править, – подумал он. – Но не судьба».