Читаем Костяные корабли полностью

Глаз Скирит едва успел подняться над горизонтом, и кровавое пятно всосалось в утренние тучи, когда Миас собрала команду перед крестцом «Дитя приливов». Это был День Мужчин, в который жители Архипелага по традиции отдыхают от работы, хотя обычно отдых заключается в приведении в порядок веревок и одежды, проверке повреждений корпуса и спинного хребта кораблей.

Джорон немного удивился, когда узнал, что наступил День Мужчин, – он давно перестал следить за течением цикла: День Девы, День Труда, День Моря, День Кленс, День Старухи, День Мужчин, и его смысл был для него утрачен. Он чувствовал, что простой вопрос: «Какой сегодня день?» станет признанием, что он совсем потерялся с тех пор, как ему вынесли приговор. До настоящего момента Джорону не приходило в голову, что отсутствие порядка повлияло на него и в остальном. Знание о том, какой сегодня день, привязывало его к морю немного больше, словно палуба под ногами стала чуть более надежной, как если бы кости «Дитя приливов» сделались более водонепроницаемыми, а его положение на карте жизни гораздо определеннее. Он знал, что будет сегодня, знал из каждой истории о флоте, слышанной им на коленях отца, – Миас будет читать закон дарнов.

В каждый День Мужчин, мальчик, супруг корабля читает команде закон дарнов, чтобы все знали свои обязанности. И ты будешь слушать и подчиняться, и однажды станешь рулевым или казначеем. Только представь себе! Мальчик, которого я вырастил, стоит у крестца корабля? Зоресвет танцует от радости над твоей головой, когда ты поешь и работаешь.

Джорон чувствовал руку отца на голове, как будто тот снова взъерошил его волосы.

Сильные пальцы.

Теплые руки.

На палубе собралась команда из семидесяти человек. Никто не спит, когда читают закон дарнов, даже корабельные насосы остаются без присмотра. Отсутствовали трое, двое лежали в каюте под нижней палубой, у них загноились раны после драки на борту, и там они могли умереть не на виду у всех, а также ветрогон, который все еще отказывался покинуть свою каюту. Все остальные стояли перед Миас. На самом деле, слишком маленькая команда для такого корабля; для него требовалось не менее ста пятидесяти человек, сто тридцать матросов и двадцать солдат. Ну, а для нормальной жизни на борту должно было находиться двести человек. Прежде Джорон никогда об этом не думал, ему даже не приходило в голову, каким жалким выглядел его корабль, и как мало общего он имел с настоящим флотом Ста островов. Возможно, он являлся таким супругом корабля, которого заслуживал корабль, но сейчас «Дитя приливов» получил Миас Джилбрин, Удачливую Миас, ведьму из пролива Килхьюм. Яростную, талантливую, знаменитую Удачливую Миас.

Что она сделала, чтобы это заслужить?

Да и любой из них? Если отбросить его самого, Джорон не знал.

А ему бы следовало.

– Встаньте на сланец, дети мои, – сказала она.

Все, кроме Джорона, принадлежали к флоту, и складывалось впечатление, что ритуал слов навсегда запечатлен у них в головах. Их реакция, поворот к крестцу и стоявшей там женщине был невольными и неотвратимыми. Никто не мог сопротивляться притяжению, даже те, кто обладали собственной силой, даже Барли, Квелл и Канвей. О, да, они смотрели на нее внимательными, полными недоверия глазами, возможно, Миас видела в его взгляде такие же сомнения и расчет, однако они ее слушали, как если бы ничего другого им не оставалось.

Она читала закон дарнов хриплым голосом, в конце каждой строки делала паузу, а потом выкрикивала:

– Нарушение данного правила наказуемо смертью.

После этих слов каждые мужчина и женщина торжественно кивали, хотя все они и так получили смертный приговор.

– Следует повиноваться тем, кого дарны поставили выше вас. Нарушение данного правила наказуемо смертью.

Никому это не казалось смешным.

– Следует оказывать истинную честь Деве, Матери и Старухе. Нарушение данного правила наказуемо смертью.

Никто не смеялся.

– На борту корабля женщина может лечь с женщиной, а мужчина с мужчиной, но женщина не может лечь с мужчиной и рискнуть появлением ребенка. Нарушение данного правила наказуемо смертью.

Смерть всегда была целью этой команды и корабля.

И только в самом конце голос Миас дрогнул. В конце закона дарнов последние слова неизменно оставались такими:

– Пусть Дева не устраивает своих фокусов, пусть Мать сделает так, чтобы мы держались вместе, а Старуха смотрит в сторону. Так говорит закон дарнов. Так говорим мы. – И команда повторила эти слова.

Но на борту «Дитя приливов» слова были изменены, чтобы они отражали их приговор, и, хотя Миас читала громко, ее голос зазвучал тише на втором пожелании: