Читаем Костяной лабиринт полностью

Приблизившись к своему воспитаннику, Мария, как смогла, обняла его за массивную шею, хотя для этого ей с трудом хватило обхвата рук. Тот же обвил приемную мать свободной рукой, навалившись на нее и чуть ли не раздавив ее всем своим весом.

Нетерпеливо гавкнув, Танго присоединился к ним.

Отпустив Марию, Баако уселся на траву и вытянул ноги. Собака запрыгнула к нему на волосатые колени. Обезьяна удовлетворенно вздохнула.

Потом, поискав взглядом вокруг, Баако прикоснулся большим пальцем ко лбу.

«Папа».

Крэндолл прижала его к себе, не зная, что сказать. Она показала один знак, надеясь, что горилла ее поймет.

«Сейчас я тебе все объясню…»

В течение следующего часа Мария рассказала правду – хотя и не всю. Некоторые моменты были для нее настолько болезненными, что она не могла их выразить – даже жестами. Когда она закончила, Баако уронил голову, склонившись над Танго и нежно его покачивая.

Предоставив ему возможность разобраться в своих чувствах, женщина посмотрела на кольцо с бриллиантом, поблескивающее у нее на безымянном пальце. Она понимала, что ей нужно снять кольцо, отложить его в сторону вместе со смешанным чувством боли и радости, о котором оно напоминало.

«Но пока что еще рано…»

Мария еще не была к этому готова. Встав, она подошла к Баако и устроилась рядом с ним в темноте ночи, под полной луной. Они долго просидели так, пока, в конце концов, из джунглей не донеслось тихое гуканье. Заворчав в ответ, Баако махнул рукой.

На опушке появилась фигура поменьше – самка гориллы, прижимающая к груди младенца. Указав на Баако, она ткнула пальцем себя в грудь. Затем сложила ладонь горсткой и провела ею вдоль руки, которой держала детеныша.

Крэндолл широко раскрыла глаза от изумления. Она узнала этот знак и поняла, что он означает.

«Баако научил свою подругу языку жестов…»

Самка повторила то же самое сочетание знаков, теперь уже требовательно.

«Идем… ночь».

Мария улыбнулась, поняв, что ее питомца ругают за то, что он задержался допоздна. Она перевела взгляд на малыша, смотрящего на нее ясными карими глазками.

Повернувшись, женщина показала Баако знаками:

«Теперь ты папа».

Тот гукнул, выражая свое согласие, а затем протянул руку и провел костяшками пальцев по щеке Крэндолл, прощаясь с ней. После этого он поднялся на ноги, давая понять, что ему пора возвращаться в лес – к своему стаду, своей семье.

Мария отступила назад, отпуская его.

Танго побежал следом за своим другом, все еще виляя своим куцым хвостом.