– Тогда вали отсюда, – с отвращением сказал Гриффин.

Неизменный двинулся к выходу. Внезапно Молли вспомнила еще один из намеков Сэлли.

– Скажите-ка, – поспешно обратилась она к Неизменному, – сколько вас здесь?

Он остановился.

– Я один.

– Нет, нет, не здесь, в пабе, а в Терминал-Сити? И во всем здешнем мире? И в любом мире любой эры?

– Один, – ответил Неизменный. – Я единственный. Я выполняю все задания, все поручения, все функции, все, что должно быть сделано. Только я. Один.

Когда Неизменный вышел, Молли сказала:

– Вот так.

– Что меня бесит, – отозвался Гриффин, – так это то, что в Пентагоне наверняка знали обо всем с самого начала, но не сочли нужным поделиться с нами.

Джимми почесал голову.

– Разрешите мне действовать. Он ведь только один.

– Да. Один-единственный индивидуум, прокрученный сквозь время тысячу, миллион, сколько угодно раз, чтобы выполнить всю необходимую работу.

– Как та старая идея, что существует только одна субатомная частица, которая движется от одного края времени до другого и обратно, формируя вселенную?

– Да.

Джимми встал, со скрежетом отодвинув стул.

– Тогда я знаю, что делать. Соберите все, что вам понадобится. Мы отправляемся.

Уже стоя в самом центре Терминал-Сити и глядя на безучастного стража, Гриффин мягко спросил:

– Что у тебя за план, Джимми? Надеюсь, мы не должны проходить мимо него? Хотя без моего специального допуска это все равно невозможно.

По спине Молли пробежал холодок. Без допуска они не сумеют приблизиться ни к одному временному туннелю, даже если захотят попасть домой.

– Как же быть? – прошептала она.

– Не извольте беспокоиться, – сказал Джимми. – Смотрите лучше, как такие проблемы решаются в Белфасте.

Не торопясь, но и не очень медленно он приблизился к стоящему на часах охраннику.

– Простите, можно вас на минутку? Я только хотел...

Джимми поравнялся с Неизменным. И в ту же секунду стремительно выбросил из кармана руку, которая скрылась за спиной существа и мгновенно вернулась обратно.

Крови почти не было. Только алое пятно на балахоне в том месте, где из спины Неизменного торчала ручка ножа.

Он упал – молча и тихо.

Неизменный был мертв.

– Если он только один, – откомментировал Джимми, – то должен когда-нибудь умереть. И если он умер сейчас, то это легкая смерть. Вперед!

Он первым двинулся к туннелю.

16

ПРИНЦИП ПОПУТЧИКА

Холмы затерянной экспедиции: мезозойская эра, меловой период, сенонская эпоха, маастрихтский век. 65 млн. лет до н. э.

На закате они поставили палатку в рощице, под сенью сикомор, и уснули почти мгновенно.

Утром Чак, посвистывая, полез наружу. Внезапно свист оборвался. Голова Чака снова появилась в палатке, он прошептал:

– Не делайте резких движений и не кричите. Возьмите вещи и вон отсюда. Быстро!

– Я надеюсь, это не одна из твоих... – начала Тамара, вылезая из палатки с копьем в руке и в наполовину застегнутой рубашке. – О черт!

Стадо гейстозавров медленно заходило в рощу. Сосчитать их при неярком утреннем свете было трудновато, но с первого взгляда было понятно, что здесь не меньше сорока штук. Животные не спеша щипали листья с нижних ветвей сикомор.

Гейстозавры обладали очень белой, какой-то смертельно бледной кожей, испещренной черными пятнами, вокруг глаз – широкие черные круги. Казалось, это должно производить комичное впечатление, но на самом деле такая окраска вкупе с абсолютной тишиной, окружающей животных (гейстозавры были немы от природы), придавали им жутковатую торжественность – как будто огромные привидения явились сюда из запредельных земель.

Путешественники не рискнули даже отползти в сторону. Любое крупное животное потенциально опасно, и хотя гейстозавр не более агрессивен, чем, например, буйвол или як, он, несомненно, намного больше. Спугни одного – и все понесутся не разбирая дороги.

Залезать на деревья тоже не было смысла. Так можно спастись от цератопса, но не от гадрозавра. Встав на задние ноги, гейстозавр дотянулся бы почти до верхних ветвей, а те, в свою очередь, потряс бы так сильно, что никто бы не удержался.

Вот они и сидели несколько часов, скорчившись среди корней сикомор и стараясь стать как можно более незаметными, пока нереальные черно-белые гиганты прокладывали себе путь сквозь рощу: бледные звери среди бледных стволов.

– При других обстоятельствах, – еле слышно пробормотал Чак, – я бы наслаждался зрелищем. У нас билеты в первом ряду.

– Я не могу определить социальную структуру группы, – прошептал в ответ Лейстер. – Обычно взрослые особи меньших размеров подчиняются тем, кто крупнее. Но тут...

– Не будете ли так вы любезны заткнуться? – прошипела Тамара. – Или хотите их спугнуть?

И тут зазвонил телефон.

Динозавры все как один испуганно подняли головы. Потянулись бесконечные, леденящие душу секунды. Животные не двигались. Телефон продолжал звонить: чужой непонятный звук, не похожий ни на один, слышанный ими ранее.

Гейстозавры испугались.